Он слегка покачал головой.
— Все подробности потом.
— Зикариус…
— Потом, Эйден, — мягче повторил он и добавил тише: — Такому таланту нельзя пропадать.
У меня в груди потеплело, и я молча кивнул.
Кринст поправил воротник, провёл ладонью по рукаву, будто стряхивая невидимую пыль и открыл дверь.
— Спасибо, — тихо произнёс я.
Мужчина обернулся, и впервые за все время нашего знакомства я увидел его искреннюю улыбку. Он кивнул и вышел.
Когда дверь закрылась, я выдохнул и присел на скамью.
Снаружи всё ещё гудела толпа. В голове крутились лица: Кассель с отрепетированными слезами, Мира с красными пятнами на щеках и трибуны, скандирующие «убийца зверей».
«Ну что, целитель. Кажется, первый раунд отбит».
Из двора донеслось ворчливое:
— Эйден! Ты там что, к лавке прирос?
— Подожди, — отозвался я и поднялся. — Нужно ещё кое-что сделать.
Я приоткрыл створку и выглянул наружу. Перед лавкой стояло заметно меньше людей, чем несколько часов назад. Седой мужчина в потёртой кожанке разговаривал с грузчиками. Торговка с пустым лотком прислонялась к стене дома напротив, а двое мальчишек сидели на брошенной телеге, болтая ногами.
Стоило мне переступить порог, как прокатилась волна гула и тут же приутихла. Все смотрели на меня по-разному: кто-то с тревогой, кто-то с любопытством, а кто-то с радостью.
— Ну что, целитель? — нетерпеливо выкрикнул кто-то.
— В тюрьму посадят? — встревоженно поинтересовалась торговка с лотком.
Я выдохнул и слегка развёл руки.
— Никого никуда не посадят, — спокойно сказал я. — Всё в порядке.
По толпе прокатился сдержанный выдох, и кто-то хлопнул соседа по плечу так, что тот покачнулся.
— А чегой-то они тогда так долго у тебя торчали? — крикнул мужик в фартуке.
— Работа у них такая, — отозвался я. — Всё проверили, ничего не нашли и ушли.
— Вот же ж… — выдохнул седой. — А мы тут стоим, переживаем.
— Спасибо вам, — искренне сказал я.
— Так… свой ведь. — буркнул он. — Не чужой.
Я невольно улыбнулся. Кончики пальцев всё ещё слегка подрагивали, но внутреннее напряжение наконец отпустило.
— Расходитесь по домам, добрые люди, — сказал я. — Дел ведь у всех полно.
— И то верно, — согласился седой.
— Мешок мой! — вдруг спохватился один из грузчиков и хлопнул себя по лбу. — Я ж его на углу бросил…
— Беги уж, — фыркнула торговка.
— А может, утащили…
— Так беги быстрее!
Люди начали медленно расходиться. Несколько человек на прощание кивнули мне, другие подбадривающе похлопали по моему плечу. Один из мальчишек спрыгнул с телеги, подбежал, ткнул кулачком в мою ногу в знак поддержки и тут же припустил вслед за остальными.