Третий парень, более добродушный на вид, принёс енотовидного зверька с воспалённым глазом — банальный конъюнктивит, вероятно, от пыли. Я промыл глаз и дал совет по гигиене.
Все случаи были несерьёзными, но для молодых Мастеров, только начинающих свой путь, казались целой катастрофой. Я видел, как на их лицах, по мере осмотра, сменялись беспокойство, удивление, а затем — облегчение и уважение.
Закончив, бросил взгляд на Элиана, который всё это время стоял в стороне.
— Как Астик, все в порядке? — спросил я.
— Да, прекрасно! — лицо Элиана озарила улыбка. — Спасибо вам ещё раз!
— Рад за вас, — искренне сказал я, после чего обратился ко всем. — Берегите своих зверей, ведь кроме вас у них никого нет! А если что-то понадобится — приходите, мои двери открыты.
Каждый из студентов улыбнулся и расплатился, протянув мне плату в виде четырех медных марок. Попрощавшись, студенты вышли, перешёптываясь между собой, унося новые впечатления и, возможно, новые слухи.
Я закрыл дверь, задвинул засов и облокотился о неё спиной. Тишина лавки снова поглотила меня, но теперь это была хорошая, живая тишина, наполненная дыханием двух зверей и отголосками только что совершённых маленьких, но важных дел.
И в этой тишине я еще раз осознал простую и ужасающую вещь: у меня почти не было лекарств. Запасы катастрофически скудны, а для серьёзного лечения нужна база. Необходимо закупить ингредиенты, да вот только кто мне их продаст…
Ладно, все решаемо. Как бы то ни было, сегодня я спас одну жизнь и помог трём другим — это хороший день.
Ребята, за каждую тысячу лайков будет выходить дополнительная глава!
Я проснулся с чувством прохлады и чистоты. Лучи утреннего солнца падали на вымытый пол, пылинки танцевали в столбе света. Первым делом потянулся к окну, распахнул ставни, вдохнул полной грудью. Воздух пах утренней свежестью и влажной землей.
Быстро умылся ледяной колодезной водой, ощущая прилив бодрости. Снял с верёвки высохшую одежду, разложил и направился в главный зал. Подошел к клетке с Граймом — его грудь медленно поднималась и опускалась, ритм был ровным, но слишком поверхностным, будто дыхание давалось ему с огромным трудом.
Осторожно открыв дверцу, присел на корточки. Первым делом приложил ладонь к брюху — кожа оказалась горячей, сухой. Затем осторожно провел пальцами по морде и приоткрыл веко. Глаз был тусклым, белок покрыт тонкой сетью красных прожилок, слизистая век была бледной с синюшным оттенком, зрачок слабо реагировал на свет. Я наклонился ближе, прислушался к дыханию — оно хриплое, с легким бульканьем — плохой признак. Жидкость в лёгких? Отёк? Или просто слабость?