…Друзья — абсолютно незнакомые мне молодые лощёные лица…
…Вчерашняя попойка — шампанское и много разнообразнейшего вина. Ни водки, ни коньяка нет. Что характерно…
…Антикварный для моей прежней памяти «Ситроен» с бешеной скоростью, несущийся по набережной…
…Допотопный руль как живой трясущийся в моих руках и бьющий в лицо ветер…
…Бутылка шампанского, открытая моим нынешним приятелем Степаном Барбьером. Какое странное сочетание имён! Неловкий взмах его руки. Удар и темнота. Больше ничего не помню…
Воспоминания последующих трёх недель продолжали давить на меня как танк на не обкатанного пехотинца в траншее. Мне казалось, что надо мной постоянно крутятся все сорок две тонны танка Т-72 пытаясь достать до меня своими гусеницами.
Память моего невольного визави возвращалась ко мне в основном ночью и ранним утром. Днём я изображал придурка, потерявшего эту самую память, а ночами мучился с устаканиванием помятых мозгов и совершенно разных воспоминаний. Хотя, конечно же, изображать приходилось немного, но с каждым днём я всё больше и больше разбирался в обстановке, попутно вживаясь в свой новый образ и течение этой неспешной жизни.
Итак. На дворе февраль тридцать девятого года. Французская Республика. Ницца. Один из особняков нашей семьи находится на самом берегу «Залива Ангелов» и почти в центре столицы французской Ривьеры.
Моя нынешняя ипостась — великовозрастный балбес, который в моём мире и времени зовётся «мажором». По происхождению действительно князь. Один из отпрысков известнейшей и богатейшей в царской России торгово-промышленной фамилии успевшей свинтить от кровавого катаклизма русской революции. Вернее, не успевшей вернуться. Ибо наша семья к тому времени почти в полном составе жила во Франции.
Княжеское звание один из моих предков получил в Италии, деньги зарабатывал в России, а прокручивал их во Франции, Великобритании и Германии. Отсюда такой разброс нашей семьи — различные представители фамилии осели во всевозможных странах Европы, причудливо переплетясь с дворянскими родами различных стран.
Я младший сын весьма многочисленной ветви семьи. Мот и придурок, но, тем не менее, образован — воспитание получил соответствующее происхождению. Знаю пять языков — немецкий, французский, итальянский, английский и испанский. Ну и русский разумеется. В семье уважением не пользуюсь, ибо мот и придурок. К тому же я именно младший сын — кроме меня у папашки ещё двое сыновей и две дочурки на выданье. Соответственно я просто получаю ежемесячные деньги на карманные расходы, так как все давно махнули на этого обалдуя рукой.