Небольшая фирмочка по ремонту всего, что можно и нельзя не позволяет Яшиным родственникам не умереть с голода, ровно, как и этот всё увеличивающийся в количестве едоков табор, не позволяет Яшке выбраться из нищеты.
Сам Яков ремонтирует в основном то, что нельзя. Вся столица нашей необъятной Родины и очень многие за её пределами знают, где можно отремонтировать эксклюзивный, но, до мозга костей, криминальный ствол. Конечно же, к Яше можно попасть только по рекомендациям, но, к сожалению, мой друг ещё и болен. Болен оружием Великой Отечественной и всеми теми стреляющими железками, что слепили до неё.
Не брезгует Яков Иосифович и холодным оружием и, в среде профессиональных коллекционеров последнего, считается практически непревзойдённым экспертом. Ну а так как «чёрное копательство» не сильно законное в нашей стране дело то приблизительно два раза в год мы с моим лучшим другом Женькой отмазываем Яшу от «левых ментов» прямо-таки страждущих законопатить нашего друга в места не столь отдалённые. Ну, или позолотить свои не слишком чистые ручки. Последнему соискателю, помнится мне, Женькины головорезы обломали оба этих отростка. Один слегка, второй чуть ли не под корень. А не надо быть таким жадным.
Золотые руки Яши это просто приложение к его бриллиантовой голове. Количество, казалось бы, несвязанных друг с другом исторических фактов и бесценной информации, применяемой от случая к случаю, определяется просто-таки немереным количеством терабайт каким-то чудом, умещающихся в этой рано полысевшей черепушке.
Здесь же у стола прямо над Яшкиной головой висит его классическая «испанка». Странно, но инструмент, который попал в его семью четыре поколения назад, мой друг держит у меня. И играет только в наш день. Так уж случилось, что у Яши совсем нет голоса. Но как он играет! Мама дорогая!
Мой друг, выросший в традиционной еврейской семье на окраине Люберец, получил классическое воспитание во всех ипостасях этого слова. Вместе с музыкальным образованием по классу гитары Яков приобрёл дурную привычку на вопрос: «как пройти в библиотеку?» сначала бить и лишь, потом спрашивать: «в какую?». Поэтому в любое время дня или ночи легко может закатать в морду парочке-троечке встречных индивидуумов, не сильно обременённых интеллектом с последующей госпитализацией последних.
Слава Лутохин прямая противоположность Яше — в свои неполные пятьдесят лет он один как перст. Всю свою сознательную жизнь наш друг болтается по отдалённым северным краям нашей необъятной Родины в геологических партиях.