Через минуту в кабинет вошли люди. Первый не нуждался в представлении. Даже если бы на нём не было полицейского мундира с аксельбантами, даже если бы он не носил на груди знак полицейского управления Томска, то его бы всё равно узнали.
Мужчина был высоким, сухопарым, с правильной выправкой кадрового офицера. Он двигался легко, несмотря на не самый малый возраст. Лицо узкое, с резкими чертами, напоминало старинный портрет. Высокий лоб и жёстко очерченный подбородок, тонкие губы, которые, кажется, никогда не растягивались в улыбке, но главным были глаза — серые, холодные, как отточенные лезвия, которые не выражали ничего.
За ним вошли двое помоложе, в полицейской форме, с портфелями под мышкой. Очевидно, они были писарями или помощниками прибывшего офицера.
— Приветствую вас, ваше сиятельство. Меня зовут Александр Зарубин, но вы и без того меня знаете, — офицер кивнул, скорее по привычке, чем из хоть какого-то уважения, — Прибыли по делу о покушении на графа Ливена.
— Я уже догадался.
— Это хорошо. — мужчина вновь кивнул, — Тогда расскажите, как всё произошло вчерашним вечером.
Чувствовалось, что это была далеко не просьба, а приказ. Впрочем, сопротивляться сотруднику полиции я всё же не собирался, прекрасно понимая, что подозревать меня в покушении было бы слишком глупо. Хотел бы я убить своего новоиспечённого тестя, то совершенно точно не стал бы везти его к хирургу и гнаться за неудачным киллером. Потому-то я кратко изложил все события со своей стороны: выстрел, погоня, убийство нападавшего.
Полковник слушал дисциплинированно, не перебивая, лишь изредка делая пометки в кожаном блокноте. После моего рассказа наступила не самая долгая тишина, после чего он обратился к своим помощникам, что усердно записывали каждое моё слово на принесённой печатной машинке.
— Тело убийцы осмотрено?
— Да, ваше благородие, — ответил один из помощников, который принялся перелистывать толстый журнал, где, видимо, были написаны итоги осмотра трупа неудавшегося убийцы.
— Опознан?
— Нет.
Жандармы пробыли недолго. Полковник полиции задал ещё несколько вопросов — сухих, точных, без лишних слов. Офицер был человеком серьёзным, от его взгляда веяло смертельным холодом. Каждое движение этого человека не могло не вызывать уважения, но по глазам его было понятно, что он разочарован разговором со мной. Перед уходом он остановился в дверях:
— Мы продолжим расследование. Ожидайте новых вопросов.
Провожать полицейских я не стал. Конечно, лучше всячески помогать органам правопорядка, изображая из себя самого законопослушного подданного короны, но что-то мне подсказывало, что быстро они не сработают. Вполне возможно, что расследование покушения на графа может перейти в руки «Опричнины», но для этого необходимо сначала связать происходящее с революционерами или другими «антигосударственными» силами.