— Когда это случилось? — спросил я, стараясь нагнать на себя как можно более мрачный вид, несмотря на сильнейшую головную боль и тошноту, волнами подкатывающую к горлу.
— Вчерашним вечером, ваше благородие. В одиннадцать часов по томскому времени профессор Твердянов констатировал смерть от опухоли в лёгких вашего отца. Городской гонец прибыл с вестью не далее, чем пять минут назад. — Лакей немного помолчал, а затем проговорил, пытаясь влить в голос всю свою скорбь: — Прошу принять мои искренние соболезнования, господин. Ваш отец был выдающимся человеком и ярким примером русской аристократии.
Я посмотрел на прислужника. Это был Владимир Евграфович, и ему, в отличие от меня самого, не приходилось прибегать к актёрским навыкам, чтобы прочувствовать горечь от утраты главы рода. Владимир связал со служением роду Ермаковых всю свою долгую жизнь. На этом свете этот высокий и худой мужчина жил уже седьмой десяток, почти шестьдесят лет из которых он положил на службу нашему семейству, успев повидать на этом посту не только моего отца, но и деда, память о котором в моей голове постепенно превращалась в бессмысленные картинки, лишённые всяческой структурированности и хоть какого-то смысла.
— Нужно ехать, ваше благородие. Ваша матушка сейчас находится в больших переживаниях и просит прибыть вас за трое суток, чтобы вы успели на похороны отца. Вы должны вступить в наследство и принять управление над всеми активами вашего отца. — Владимир взял небольшую паузу, промокнул выступившие на глазах слёзы небольшим белым платком, который сразу же искусно свернул, вновь вернув его обратно в нагрудный карман, но затем продолжил: — Вы же понимаете, что это не самая быстрая процедура. Только, — Владимир обвёл меня критическим взглядом, — в последнее время вы находитесь не в лучшем состоянии. Не сочтите за дерзость, господин, но если вы появитесь на похоронах своего отца в подобном виде, то точно выставите себя отнюдь не в лучшем свете. Я уверен, что на отпевании вашего отца соберутся многие знатные рода Сибири и Урала. Вы, как будущий глава семейства, должны поддерживать статус. Всё же, вы не очередная мелкая аристократия, а наследники великого первопроходца Ермака Тимофеевича. Должны поддерживать высокий авторитет, чтобы не посрамить имя своего пращура.
Да-да-да, угораздило меня попасть в тело не самого простого аристократа или купца, а в потомков одного из известнейших русских первопроходцев, авантюристов, казачьих атаманов — Ермака Тимофеевича. Думаю, каждый, кто хоть немного был знаком с отечественной историей, отлично понимал, кем же был этот интереснейший человек и что он вообще смог сделать за свою не самую длинную жизнь. В моей реальной истории он четыре года без устали бил Сибирское Ханство, пробивая путь Российскому Государству на восток от Урала. Получалось у него вместе с казачьей ватагой и царской ратью очень и очень хорошо, несмотря на вражеский численный перевес. Победа шла одна за другой, но в моей временной линии лихому завоевателю было суждено погибнуть в одном из сражений на реке Иртыш. Согласно легенде, смерти своего военачальника косвенно поспособствовал и сам царь, подаривший успешному русскому «конкистадору» две мощных кольчуги. Дескать, именно из-за тяжести двух этих кольчуг раненый атаман и погиб посредством непреднамеренного утопления. Всё же, сомнительно, что полноценного военачальника не успели ранить в бою, ведь на нём должны были сконцентрировать стрельбу умелые лучники сибирских кочевников.