— Обязаны, — сквозь сжатые зубы ответил я. — Губернатор пообещал содействие, так что комиссия должна прибыть сегодня.
Наконец вдали стал виден экипаж, а за ним передвигались бойцы на конях. Карета, въезжая в лужи и расплёскивая воду, подкатила к навесу. Из кареты выбрался мужчина в военной форме с погонами полковника. Это был офицер Берёзин — плотный, с багровым лицом и седыми, подкрученными вверх усами.
— Ваше сиятельство, — кивнул полковник без особенной почтительности, — изволили развлекаться?
За офицером высыпали остальные прибывшие члены комиссии: капитан-технолог с потёртым кожаным портфелем, два офицера помоложе и младше званием, а также сухопарый старичок в штатском, явно бывший не в военном чине. Что-то мне подсказало, что это был какой-то учёный человек, может быть даже профессор из местного Томского университета.
Я расправил плечи и отстегнул металлические защёлки ящика. Из его внутренностей постепенно показалось оружие, наполненные магазины и несколько нераспакованных пачек с техническими надписями и символом моей небольшой оружейной компании — совы с зажатой в клюве саблей.
— Господа, прошу, — обратился я, протягивая хромающему полковнику автомат и сшитый отдельно подсумок с боезапасом. — Образец готов к демонстрации.
Полковник фыркнул, рассматривая оружие в моих руках. Смотрел он не особенно долго и делал это с некоторым отвращением, будто это было не оружие, а кусок подгнившего мяса.
— Чудовище, — заявил офицер. — Ваше сиятельство, вы всерьёз предлагаете армии поставлять эту… — на мгновение он задумался, подбирая нужное слово, — шарманку?
— Я не музыкант. Я предлагаю вам оружие, способное дать десять выстрелов в секунду. Сколько солдат понадобится для того, чтобы выдать шесть сотен выстрелов в минуту? Не меньше половины взвода понадобится уж точно, а пулемёт при каждом не потаскаешь.
Под навесом повисла тишина. В воздухе буквально повисло ощущение удивления. Даже мужчина, которого я окрестил как «учёный», поднял свои седые брови в поражённой эмоции.
— Шестьсот? — переспросил капитан с планшетом в руках, куда наносил некоторые записи. — Но это же…
— Бред, — закончил за своего подчинённого полковник. — Даже Максим даёт шестьсот в минуту, и то клинит порой. Вот только пулемёт весит четверть центнера, а эта штуковина, — мужчина принял из моих рук автомат и покачал его в руке, явно примеряясь к весу, — килограмма четыре.
— Три с половиной, — поправил я офицера. — Вместе со снаряжённым магазином. Даже легче, чем винтовка Мосина. Впрочем, слова не покажут всей его эффективности. Лучше испытать его в деле.