— Хм… Что-то маловато русских. И долго до встречи?
— Четверть часа. Может, чуть меньше.
Я нащупал рукоять револьвера на груди и осторожно ее погладил.
Первыми к месту встречи подошли черкесы. Стали спокойно спешиваться немного в стороне от открытой площадки. Один остался с лошадьми рядом с деревьями, остальные двинулись ближе. Если начнется драка, он мигом подведет коней своим, а тогда и уйти все смогут споро. Вот ведь предусмотрительные, зараза.
— Они тут, — едва слышно сказал я. — Чуть раньше пришли.
Я повернул голову к Леньке.
— Видишь? — шепнул ему почти одними губами.
Ленька коротко кивнул.
— Теперь твоя работа. Подползешь к тому, кто с конями остался. Как начнется заваруха, снимай его. А если выйдет, сам уводи коней в сторону. Справишься?
— Справлюсь, — прошептал тот и растворился в кустах, не поднимаясь, словно змея.
Вот же чертенок. Греков в таком деле, пожалуй, был лучшим из нас, и где нахватался?
Я снова глянул в сторону черкесов. Горцы подошли и стояли уже совсем близко, шагов десять-пятнадцать, не больше.
Я лежал в неглубокой ложбинке под кустом, стараясь ненароком не хрустнуть какой-нибудь веткой. Остап устроился справа. Его плечо едва касалось моего локтя.
Горцы разговаривали между собой негромко. Я различал только отдельные слова, совсем не понимая даже, о чем они болтают. Спрашивать Остапа было нельзя, даже шепот сейчас мог нас выдать.
И вот среди мужских голосов прозвучал женский. Понятное дело, что это говорила Бажецук.
Приглушенный девичий голос был на удивление низким и спокойным. Она говорила, а остальные притихли и внимательно слушали, словно новобранцы командира. Впрочем, девица ведь и вправду пользовалась у абадзехов немалым авторитетом. Вот тебе и разговоры про патриархальный горский уклад. Стоит среди вооруженных горцев девушка, а они ловят каждое ее слово. Уважают, слушают, а может, и побаиваются.
Остап рядом со мной тоже окаменел, пытаясь уловить нить разговора. Я даже его дыхание перестал слышать.
«Ну здравствуй, Лисичка, — подумал я. — Ты хитра, да мы хитрее».
Луна сегодня висела в небе почти полная, и очертания черкесов легко угадывались. Видимость держалась вполне сносная. Для нас, прячущихся в зарослях, лишние риски, но для обзора самое то.
Голос Бажецук вдруг смолк. Я не сразу понял почему. Потом разглядел, как она повернула голову, прислушалась, подняла руку и указала в нашу сторону.
«Твою ж.… налево!»
Двое горцев, стоявших ближе к ней, кивнули. Еще один перехватил ружье поудобнее и двинулся вслед за ними прямиком к нашему с Остапом секрету в зарослях.