— Это не плата, уважаемый, — сказал я сразу, чтобы обиды не вышло. — Благодарность.
Он сперва глянул неодобрительно, потом, поняв мое расположение, принял подарок с достоинством и поблагодарил в ответ. На том и разошлись.
Когда я вернулся, Васятка встретил меня так, будто до последнего ждал подвоха от жителей гор.
Кузька, едва мы подъехали, запрыгал вокруг, потом ткнулся носом в бок нашей беглянке, смешно фыркая, вот же ж, словно дите малое.
Остаток дня прошел спокойно. Лошади паслись, а мы больше отдыхали. Было какое-то мимолетное чувство тревоги, но и оно под воздействием солнечных лучей быстро покинуло меня. Немного, правда, погонял Васятку на шашках, чтобы кровь не застаивалась, а так вообще на выпасе мне нравилось.
«Может вообще в пастухи пойти? — подумалось мне, — а что летом так вообще лепота!»
На следующий день, который планировали сделать крайним для первого раза, чутка сместили наш лагерь. Прежнее место выпаса наши коняшки изрядно уже проредили, да повытоптали травку. Вот и перешли мы, найдя участок со свежей.
Я уж начал подумывать, что чуйка моя вчерашняя дала осечку, но как оказалось мысль эта была преждевременной.
Под вечер, когда мы подыскивали место под ночлег, чтобы на рассвете выдвинуться к Волынской, Хан подал знак тревоги. Сам он в эти дни почти не показывался на удивление. Может какую подругу нашел, гадай теперь!
Но при этом как я ему и наказал, он следил за окрестностями на несколько верст вокруг нашего лагеря. И вот получите и распишитесь!
Сейчас же находясь в режиме полета наблюдал, как чуть в обход длинного увала, к нам двигался вооруженный отряд. Это были не те мирные горцы, с которыми вчера я имел разговор, и без всяких проблем вернувшие мне отбившуюся лошадь.
Эти шли и выглядели совсем иначе. Двигались целеустремленно, пастушьей вальяжности не наблюдалось. Всадников насчитал около дюжины, и даже с высоты было видно, что они преследуют далеко не мирные цели.
Абреков, значит, нелегкая принесла.
Я резко вышел из полета и чуть качнулся. Голова слегка поплыла, пришлось приложиться к фляге.
— Васятка! — крикнул я. — Живо по коням, уходим! У нас тут гости скоро будут. И по всему видать, не с добрыми намерениями.
Лишних вопросов он задавать не стал. Пока мы седлали коней и сгоняли кобыл в кучу, меня кольнула неприятная мысль.
Мирные горцы вряд ли решили нарочно навести на нас абреков. Только вот друзьями они нам тоже не были. Видать, повстречали по дороге своих, их спросили, что да как на пути, а те и брякнули между делом: мол, пасут тут двое мальчишек табун хороших лошадей. Может, с умыслом, а может, просто по глупости. Сейчас уже какая разница.