— Хочешь сказать, что все спустя какое-то время займутся бизнесом? — предприниматель прищурился и даже на автомате прикурил вторую сигарету.
Похоже, я своим игровым залом заставил его шевелиться и думать. Думать, как вырваться вперед уже сейчас. По крайней мере, иных вариантов, почему Серого вдруг проперло на беседу, я пока что не вижу.
— Нет, — я покачал головой. — То есть в целом, конечно, деловых людей станет больше. Но вот окно возможностей открывается не навечно. Вы же помните НЭП?
— Конечно, — он улыбнулся. — Кстати, давай уже на «ты».
— Легко, — кивнул я. — Так вот. Параллель не стопроцентная, но все же общее есть. В тот раз государство приоткрыло окно возможностей, чтобы починить экономику. Военный коммунизм с ней не справился, но сумел справиться частный капитал, пусть и мелкий. А потом, когда государство оправилось, не без помощи тех же нэпманов, оно полностью взяло под контроль страну.
— Люблю страну, но ненавижу государство, — задумчиво процитировал Жогин. — Думаешь, в этот раз будет так же?
В колонках слегка запыленного двухкассетника, стоящего на стенной полочке, надрывался Dr. Alban, поющий про свою жизнь. Тихонько, разговору он не мешал, но заставлял вслушиваться.
— Не совсем, — я покачал головой. — Отличие номер раз — это крупный бизнес, олигархи. Те, кто выехал на советской промышленности. Сначала они будут править бал. А потом государство вытеснит их, подчинит или уничтожит, с кем как. Точнее, кто как договорится. Гайки закрутят, и это коснется уже всех уровней бизнеса, мелкого тоже. Частная собственность, разумеется, сохранится, просто контроля будет больше. Соответственно, станет сложнее.
— А отличие номер два? — Жогин выдохнул дым и затушил сигарету в пепельнице, не докурив и половины.
— Постепенное заполнение ниш.
— То есть?
— Что-то само отвалится, со временем устарев. А чего-то, наоборот, станет так много, что пролезть будет все сложней и накладней. При НЭПе до этого не дошли, саму политику отменили, экономика перешла на плановые рельсы с пятилетками и полной гегемонией государства. Хотя в определенном смысле заполнение ниш все-таки было и в СССР — в теневом секторе…
— Фарца, — понимающе закивал Жогин, — если говорить о первом случае. Устарела и отпала. Потому что никому уже не нужно ничего доставать, — он выделил интонацией это слово, — все можно купить легально, были бы деньги.
— Ну да, — улыбнулся я. — А второй случай — это, например, продуктовые магазины или кафе. Когда на районе пять супермаркетов, нет смысла открывать шестой. Разве что сможешь чем-то удивить или просто у тебя огромная торговая империя, и тебе просто пофиг. Берешь и строишь, давя конкурентов количеством.