— О чем и речь! — закивал милиционер. — Только откуда он узнал?
— Молодец, Леша, — улыбнулся Вано. — Вот и копай дальше.
Комар ушел, подогретый несколькими крупными купюрами. А потом Ваха, дежуривший в приемной, постучав, заглянул в приоткрытую дверь.
— Вано, к тебе твоя журналистка.
— Приглашай, дорогой. Пусть заходит. И проследи, чтобы нам подготовили вино, сыр. Ну, как обычно…
Маша сидела в кабинете одна. Сколько она уже трудится без выходных? Вчера допоздна, сегодня. Как и не уходила домой. Ерохина вызвали в главк, и судя по всему, из-за этого случая. Рогов и Борисов отрабатывали дела в поле, мужики тоже зашивались. Работать и так было некому, еще и началась череда увольнений. Что дальше? Кто и как будет ловить преступников?
«Указанные образцы биоматериалов, собранные на теле убитой Демешевой О. Г., не совпадают с образцами, указанными в приложениях…»
Увальцев убил ту девушку, Оксану. Отпечатки совпали, показания свидетелей, данные экспертизы. Но вот с другими все по нулям… Еще и этот вчерашний допрос, после которого захотелось сначала долго блевать в туалете, а потом мыться в душе не меньше двух или лучше трех часов.
— Я тоже хотел быть, как он! — заявил Увальцев, когда перед ним выложили доказательства его вины в убийстве Демешевой.
А еще он почему-то решил взять на себя и остальных жертв, посыпавшись тут же на мелочах.
— Зачем? — только и спросил Ерохин, когда Увальцева поймали на самооговоре. И хорошо, что следователь не повесил на него остальные убийства, ведь настоящий зверь по-прежнему на свободе.
— Потому что он смелый! — ответил Увальцев. — Он решил очистить наш город от разврата и похоти, наказать их! Перешагнул, понимаете, перешагнул! Он Раскольников, Раскольников! Не тварь дрожащая, а право имеет! И я хотел иметь право! Эти девки!..
Увальцев заплакал, и его увели. Потом повезут в институт Сербского, чтобы проверить на вменяемость. Хотя и так, судя по справке из областного психоневрологического диспансера, с головой у него плохо. Да тут и врачом быть не нужно.
— Кто же ты? — Маша заговорила вслух, испугавшись собственного голоса в пустом кабинете. — И где ты прячешься? Когда нанесешь свой следующий удар?
Таня смущенно оглядывала кухню. В гостях у него она была впервые — стеснялась. Но сегодня он настоял. Вежливо, с улыбкой. Попросил помочь по хозяйству, и Таня не смогла отказать.
— Слышала, опять эти альпинисты кого-то ограбили? — спросил он. — Снова спустились по веревкам с крыши, пролезли в окно. Убили двоих взрослых, жену с мужем. Детей, к счастью, не тронули. Нелюди.