— Конечно, — кивнул я. — Вообще никаких вопросов. А здесь тогда командуй помощниками, тебе каждые руки понадобятся. Озика напрягай тоже, этого Курта еще. А завтра в девять утра на спортплощадке. Всех, кого касается, жду.
Повернулся к Нике, которая болтала с Лизой и Таней, и до меня донеслись обрывки смущенных фраз:
— … серьезный, постарше.
— И что ему от тебя надо?.. Не думаешь, что…
— Нет, он… добрый, у нас все по-другому…
— Да конечно! Что может быть нужно взрослому мужику от молоденькой девочки? И вообще… — похоже, Ника увидела, что я поблизости и могу их услышать, из-за чего поспешно замолчала. — Ну что, Вадик, идем?
Весь оставшийся день пролетел в делах. Пока я сгонял до редакции и типографии — расплатился за объявление и забрал отпечатанные листовки, пока договорился с отцом, который вернулся с рынка, насчет помощи с транспортом. Но сперва мы с Валеркой проводили домой Нику с ее сестрой и моим младшим Серегой. Лиза осталась с Дюсом. Я предлагал проводить и Таню, но та отказалась — не стоит, мол, беспокоиться. А Ника все же поделилась со мной переживаниями: рассказала о каком-то «взрослом покровителе» и о том, что это странно. Тревожилась за подругу.
И я ее мысли разделял. Интерес к молоденькой девушке со стороны зрелого мужчины вызывает вопросы, это я как минимум на своем прошлом опыте основываюсь. Возможно, речь идет о каком-то предпринимателе, который решил найти себе Золушку, чтобы привязать к себе чувством благодарности. Таню понять можно — в семье разлад из-за пьющего отца, как меня просветила Ника, денег не видать, перспектив мало. Посмотрим, конечно, как она себя покажет, но думается мне, что «продаван» из Тани не очень. Художник вот она классный, но была бы более пробивной… А так грустно, что девчонкам приходится наступать на горло собственной песне и связываться со «взрослыми покровителями». Хотя… уж чья бы корова мычала, я ведь в будущем сам был таким, только до постоянных отношений особо не доходило. Девчонок бы покрасивее да помоложе, и еще чтобы без обязательств.
Сказал об этом Нике, утаив, разумеется, подробности прошлой жизни — просто как солидарность выразил. А в итоге слова мои были восприняты с энтузиазмом, и Ника продолжила делиться наболевшим: говорила, что жалко ей хорошую девчонку — пропадает, вот и клюет на сомнительные обещания ушлых ухажеров. Она даже пыталась высказать Тане свои опасения, но та говорит о нем не как о кошельке, а как о друге. Как о близком человеке, который ее поддерживает. Вот тут у меня тоже кое-что щелкнуло в глубине памяти.