— Вы не смотрите, товарищи, что у нас город небольшой! Есть у нас среди ребят настоящие уникумы и большие таланты! А значит, наша работа не напрасна! Впрочем, сами увидите! Это производит впечатление, скажу я вам!
… Пока Каганцев распинался перед высокими гостями, рассказывая им о предстоящем соревновании, Владимир Степанович Соколовский на служебной Волге подвозил Марину к ДЮСШОР. И думал при этом, как ни странно, не о предстоящем прокате Марины, а о своём подленьком со всех сторон поступке по отношению к Дарье Владимировне. Сначала, когда он отказывал ей в таком ничтожном деле, которое требовало от него лишь своей подписи и немного человеческого участия, ему думалось, что он поступает правильно и единственно верно. Но позже червячок сомнения всё больше точил его мысли и в конце концов проточил громадную дыру. Потому что Соколовский прочитал статью в газете и понял, что соревнования получили большую огласку. Интервью с фигуристками после стартов никто не отменял. И Людмила Хмельницкая… На интервью она могла сказать что угодно. Особенно если корреспондент спросит о родителях и их вкладе в победу…
Однако всё это то ли будет, то ли нет, а сейчас самое главное — Хмельницкая лишилась поддержки родителей, и у Марины есть шанс…
— Это что такое? — удивлённый голос дочери выдернул Владимира Степановича от размышлений.
«Волга» остановилась поодаль спортшколы, перед которой скопилась большая толпа людей, среди которых стояла организованная группа подростков в школьной форме с плакатом «Хмельницкая — чемпионка!», «Хмельницкая — лучшая!».
К Люське пришла её группа поддержки…
… Сама виновница всего этого переполоха, меж тем, тихо и мирно сидела в раздевалке и готовилась к прокату. Девчонки из первой разминки уже откатались и делились впечатлениями…
— Там столько народа! — удивлённо сказала Наташа, черноволосая девочка двенадцати лет, катавшая произвольную программу под «Щелкунчик» Чайковского. — Никогда столько не было! Ужас! Я два раза от волнения свалилась!
— Это пришли на Люсю и на Марину посмотреть! — с уважением сказала Анжелика. Соколовскую, несмотря на несносный характер, девчонки последнее время стали называть по имени, как бы отдавая дань уважения мастерству.
— Ты опять тройной лутц будешь прыгать? — спросила Зоя. — Я хотела бы посмотреть. Тоже хочу разучить.
— Ну, я последняя катаю, так что все можете посмотреть, — рассмеялась Арина, надевая коньки. — Скорее да, чем нет. Посмотрю по ходу проката. Если почувствую, что буду в состоянии, то прыгну. Иначе мне Марину не одолеть.