— Личное противопоставляешь общему! — вальяжно развалившись в кресле, вещал Бронгаузу тренер танцоров Алексей Живилин. — У тебя трое. Хоть одна да возьмёт медаль в личке. Пусть даже бронзу. А в команднике золото будет сразу на всех. Самое главное, чтобы Стольникова вытащила нам командник. А на личном мы будем каждый за себя.
Все тренеры оказались согласны с точкой зрения Живилина и единогласно утвердили замену… В парном катании и… танцах на льду. В виде, в котором замен никогда не было! Всё просто — у Живилина на олимпиаду поехали два танцевальных дуэта. И если одни поменяют других в произвольной, все они получат золотую медаль, будучи при этом в конце десятки мирового рейтинга. Продинамили Бронгауза с девчонками и тренеров одиночников — у них ещё не было авторитета и заслуженности.
Вечером Бронгауз позвонил Арине Стольниковой.
— Ариша, тебе на Олимпиаде придётся катать четыре программы.
— Понятно, — после короткого молчания ответила Арина. — Справимся…
… — Похоже, мамку этот хмырь, Соколовский, не отпустил! — заявила Антонина Никифоровна, когда в два часа дня выходила с Ариной из подъезда. — Что за люди гнилые! Знают же, что ребёнок кататься будет!
— Может, она сразу на арену подъедет, — заметила Арина.
— Свежо предание, да верится с трудом, — скептически покачала головой бабушка. — Уж поверь мне, я людей знаю.
— А к нам, кстати, сегодня какой-то Ельцин должен на соревнование прийти! — сказала Арина. — Чуть ли не неделю уже об этом зудят, достали.
— Чтооо? — удивлённо протянула бабушка, и даже остановилась на ходу. — Вот те бабушка и Юрьев день!
— А что такое? — поинтересовалась Арина. — Ты его знаешь?
— Знаю ли я Бориса Ельцина? — усмехнулась Антонина Никифоровна. — Мы из одного села, из Бутки. И ругались знатно, помню, когда приезжала к нему в обком выбивать деньги на село, да так, что он чёрным ходом от меня домой уходил…
Арина с любопытством посмотрела на бабушку. А ведь произвольная программа могла стать интересной…
Аншлаг перед произвольной
Статья в «Екатинском рабочем» о местных чудо-фигуристках вызвала небывалый ажиотаж в городе, и у входа на каток стояла толпа приличных размеров, человек пятьдесят. И это учитывая, что большинство обывателей в понедельник были на работе. Пришли школьники, студенты, пенсионеры. Внутрь не пускали. У входа стоял Каганцев и объяснял желающим пройти, что просто так, среди соревнований, шататься по спортивной школе нельзя. Подкреплением у него была Олимпиада Андреевна, техничка, со шваброй в руке, зорко наблюдавшая за непрошеными болельщиками через дверное стекло.