Представив, что где-то рядом прямо сейчас может умирать от голода мой старый друг, я скрежетнул зубами и снова принялся за дело.
«Взгляд библиотекаря» сообщил очевидное — что с пространством вокруг меня было что-то не то, замешана сильная магия. Кроме того, он помог отыскать пару илюхиных заначек с простыми артефактами, запасом рунного мела и книгами магии. В основном те содержали несложные, но эффективные заклятья на временное укрепление организма и исцеление — как то, которым Илюха когда-то лечил Анну. Увы, ничего полезного для выхода из безвыходной ситуации.
«Трава, что крушит камни» превратила одну из полуживых лиан на подоконнике в джунглевого монстра, что оплёл кухонное окно и стену в поисках малейшей уязвимой точки. Спустя полчаса без результата я вернул лиану в прежнее состояние.
«Незримое касание» всё ещё отлично работало на артефакты — например, иссякший ледяной жезл — но не оказывало никакого эффекта на любые поверхности квартиры.
С изрядным сомнением я взвесил на руке серебряное колечко, исподтишка вручённое Вельей, вздохнул и отложил в сторону. «Мощь Полудня» могла с равной вероятностью проделать дыру в стене и размазать меня по этой же стене тонким слоем. Артефакт предназначался для передачи Мелинде, и пока что минусы от самовольной активации перевешивали плюсы.
Хотя кто знает, сохраню ли я столь осторожный настрой через пару дней?
Единственной зацепкой оставалась невидимка, гуляющая по коридору, пока я спал. Мне не почудилось её присутствие, но общаться напрямую призрачная сущность явно не планировала. Ничего не стоило бодрствовать до рассвета, да только принесёт ли это нужный результат? Может ли неизвестная гостья чувствовать, сплю я или нет?
В одной из найденных магических книг обнаружился подходящий ритуал — удерживающая ловушка на основе хорошо мне знакомого охранного круга Сив. Подпись убористым почерком гласила, что заклятье работает на все виды живых существ и нежити, включая призраков, но эффект может разниться. Увы, в коридоре для круга решительно не хватало места, да и он стал бы моментально замечен на гладкой керамической плитке. Пришлось переместиться в гостиную, где пол на добрую треть был укрыт ковром. Пушистым и довольно удобным, ничем не напоминающим советские образцы, но всё ещё не вызывающим у меня тёплых чувств.
— Ну, старина, — пробормотал я, сворачивая ковёр и быстро расчерчивая ламинат под ним рунным мелом. — Забудем нашу взаимную неприязнь. Сработаешь — лично тебя отнесу в химчистку, да и Илюхе скажу, чтобы пылесосил почаще…
Утро подняло меня грохотом за стеной. Я рванулся в гостиную, и застыл в нерешительности. Ловушка вроде как сработала, но не сказать, что… ожидаемо.