— Полезная книга, — мрачно сказала Лита. — Полезнейшая! Один из ценнейших уцелевших образцов! Ну… почти уцелевших.
Я открыл том на середине и сразу стал ясен масштаб катастрофы — около трети страниц из середины и конца заметно обуглились, а то и вовсе сгорели. Было заметно, что древний труд тщательно очистили от следов пепла и гари, но восстановить потерянные знания оказалось невозможно.
— Фахар? — коротко спросил я.
— Чтоб ему век взаперти сидеть! Чтоб ему Альжалид там отморозила всё пониже пояса! А вы ещё спрашиваете, почему я его не выпускаю!
Рано или поздно, но нам понадобятся услуги своевольных джиннов — связанных надлежащими клятвами, понятное дело. Но сейчас Лита была так расстроена, что я не стал возражать.
Паучишка перелистнула несколько страниц и указала мне на кусок текста в начале новой главы.
— Вот, прошу! Подробная инструкция по созданию кольца для временного воплощения духа с целью укрепления и восстановления. Идеально наш случай, но здесь только самое начало! Остальное сгорело!
— Арчибальд этот труд не читал?
— Нет, он к нам попал на пятьсот лет позже. Новое слово в творении артефактов, все дела…
Она явно чего-то недоговаривала, даже как будто мялась. Я было открыл рот, чтобы мягко напомнить про рассмотрение любых вариантов, но в этот момент Лита как раз собралась с духом.
— Судя по записям, эта книга раньше хранилась в башне Вечности! Её только лет четыреста назад сюда перенесли…
Башня Вечности сама по себе могла считаться артефактом — а одновременно с этим аномалией огромных масштабов. Насколько я смог выяснить у Полуночи, когда-то третья библиотечная башня просто выполняла свою функцию, как и первые две. С той разницей, что она предназначалась для хранения наиболее ценных книг и свитков, и потому её строили с мощнейшим зачарованием, черпающим силы напрямую из сердца замка. После повреждения Полуночи магия третьей башни исказилась, закуклилась сама на себе, превратив строение в очень специфический вариант машины времени. Аура временной аномалии оказалась настолько мощной, что один из хозяев — лорд Роланд или кто-то после него, не пожалел сил и запечатал башню Вечности барьером под названием Покров. Такой же окружал саму Полночь днём, и считался практически непроницаемым как для физической, так и духовной материи.
Я проникал в башню Вечности однажды — когда выяснял путь к сердцу Полуночи. Не самое весёлое путешествие, зато снабдившее массой полезной информации, в том числе касательно прошлого замка. Башня тогда приняла меня не с распростёртыми объятьями, но с пониманием — и дала то, что я должен был получить. Кажется, что искажение магии сделало её вещью в себе, обладающей своеобразным разумом — такое иногда происходило с сильнейшими артефактами.