Людус
Луч холодного осеннего солнца проскользнул в щель между шторами, пробежался по обойному шву, коснулся моего плеча и проследовал сначала по щеке спящей рядом девушки, потом — по одеялу, под которым легко можно было различить изящные изгибы молодого стройного тела.
Яся дышала глубоко, спокойно, а я ею любовался. Она была очень хорошенькой: подложила под щеку ладошку совсем по-детски, и морщилась, когда солнечный зайчик пробегал по ее векам. Мне очень не хотелось разрушать этот красивый момент. И — нет, у нас ничего не было. Ни этой ночью, ни любой из предыдущих. Почему? Однако, вот как-то так все получалось… Точнее — не получалось.
Я чуть изменил позу, закинул руки за голову и уставился в потолок, вспоминая престранные события конца первой четверти. Мы, педагоги, сдвинутые. У нас Новый год — первого сентября, а вся жизнь измеряется не годами, месяцами и сезонами, а четвертями и каникулами, знали? Профессиональная деформация и все такое…
Сразу после инициации Стёпы Игнатова меня форменным образом замордовали. В присутствии Натальи Кузьминичны Прутковой какой-то страшный мужчина из Чародейского приказа, или, как его называли в народе — Министерства магии, утащил меня в казематы, расположенные где-то на окраине Вышемира, хотел просверлить во мне дырку своими черными буркалами, задавал идиотские вопросы и пытался, кажется, прощупать ментально. Когда этого не вышло, потому как я нулевка, он принялся материться и потащил меня в комнату с полиграфом.
Роль Натальи Кузьминичны как моего давно-не-куратора (да-а-а, да) состояла в том, чтобы курить отвратительно вонючие сигареты, таскаться везде за нами и закатывать глаза в качестве реакции на очередную нелепость со стороны мага-дознавателя. Наверное, она наблюдала, чтобы меня не избивали или что-то в этом духе, а может, и нет. В конце концов, сомневаюсь, что они стали бы меня пытать или — не дай Бог — убивать. Я ведь теперь — кандидат на роль курицы, которая несет золотые яйца. Кажется.
По крайней мере, даже облепив меня датчиками и нацепив на голову шлем, как у профессора Ксавьера из «Людей Икс», они не смогли добиться желаемого результата. Им нужен был ответ на очень простой вопрос: как я сделал две инициации первого порядка за месяц? Они все спрашивали меня о методике преподавания, о стрессах во время уроков, о личном общении с учащимися и о тысяче других мелочей, которые касались меня, школы и всего остального.
И — нет, у меня не выпытывали сведения по темам, не дракон ли я, или «не вы ли жестоко убили наркоторговцев и рептилоидов?», или «не переселилась ли ваша душа в вас же из другого мира?». Это их не интересовало. А остальное я рассказывал вполне честно. Три раза подряд. Сто раз подряд. Те же тестикулы, только в профиль. А еще — фас и анфас.