Кивает сразу же. Вот это подарок!
От души немного отлетает ком волнения. Не сопротивляется и уже хорошо.
— Я не ожидала, – шепчет, – спасибо. Боялась собаку покупать, после того как … – закашливается. –Ходила в питомник, но не смогла.
— Все хорошо, – успокаивающе сжимаю руку.
— Яр, я не знаю, что сказать. Понимаешь, это для меня невыразимо, – сверкает глазами, а там столько всего плещется. – Весь мир перевернулся, представляешь? Подержи еще Катюшку.
Поднимаю бровь. Знает же, что дитя не в тягость. Конечно, я готов дочку вечность таскать. Алёнка подхватывает щена и отходит с ним к окну. На всякий случай говорю.
— Я привил. Он чистый, как хрусталь.
— Не сомневаюсь, – глухо говорит, зарываясь в шерсть собаки. Спина ее напрягается, понимаю, что сейчас рванет. – Пойдем-ка, Кать с тобой на кухню поедим.
Подхватываясь, уношу дочку, даю побыть наедине с мыслями Алёнке. Понимаю, что это своеобразный обрыв в пропасть, но я не мог не купить Хана. Всегда помнил, что для нее значит кавказец и с чем он связан.
Знаю же в каком состоянии она была, после убийства овчарки. Решил, вернуть ощущения единения с погибшими родителями. Может для кого-то прозвучит тупо, но в нашем случае это не так. Всеми силами искупаю косвенную вину. Жду разговора о той самой аварии, но пока Алёнка ни о чем не спрашивает.
Выжидаю минут тридцать, иду назад.
Она сидит на диване, а Хан дрыхнет в коробе. Заслышав наши шаги, поднимает голову.
— Яр, а зачем покупать, если можно отремонтировать дом моих родителей?
С лету бомбардирует предположениями. Не знаю, что повлияло. Я не надеялся подлизаться приобретением собаки и воскрешением былого, но если это помогло, то черт побери, я не против. Вся моя жизнь теперь – Алёна и Катя. И теперь и снова и после – весь гребаный мир переверну, только бы рядом были.
— Мой дом, – уточняет она.
Если раньше согласился не раздумывая, то теперь не могу. У нас кое-кто появился. Теперь приоритеты не только наши во главу угла ставятся. Есть человечек главнее и важнее.
— Алён, Катюше в школу как ходить? В городе подготовка лучше, – осторожно замечаю.
— А-а, ты об этом, так-то да. Просто так еще долго, даже не подумала, – тянет, замедленно моргая.
Растерянно смотрит на дочку. Хлопает ресницами, словно поверить не может, что Катюшка быстро вырастет.
— Его можно привести в порядок и ездить на отдых, пока свой не выстроим, – предлагаю на всякий случай. – Не против?
— Вариант.
— Подожди, – подхожу, присаживаюсь рядом, – расстроилась?
— Да нет, навеяло что-то знаешь. Будто с мостика с головой в воспоминания нырнула.