Но вместо того, чтобы пойти к отцу, он заглядывает в нашу комнату. На скрип Хан вскакивает и начинает рычать. Маленький мой защитник-медвежонок. Глажу по загривку.
— Купил, значит.
На собаку неотрывно смотрит Сергей. Помня о прошлом, сжимаю одной рукой дочь, а второй подгребаю Хана. Неосознанно задвигаю за спину, а щен упирается. Злится. Ему нас охранять надо. В который раз поражаюсь, ну не могут собакены в таком возрасте навыки охраны проявлять, кроха еще, а мой … Будто его кто направляет. Ой, не сходи с ума, Алёна. Переселения собачьих душ не существует. Или существует?
— Купил.
— Молодец, – вздыхает, съезжая по косяку. – Ты прости меня. Не хотел убивать тогда. Сложно все, понимаешь.
— Я все знаю, – предупреждаю. – Обо всем.
— К лучшему. Тогда понимаешь, что я за человек.
— Да.
— Зато к цели пришел, – задумчиво достает сигареты. – Так мне надо было.
— Угу. Дальше что?
— Жить буду, – пожимает плечами. – Теперь как хочу, так и буду.
Молча выходит из комнаты, аккуратно прикрыв за собой дверь. Смахиваю пот со лба. Силы как сквозь пол просочились. Надо идти к свекрови. Выхожу и сажусь рядом с Валентиной Владимировной. Она слепо смотрит в окно.
— Прости меня, детка. Устроили они тут.
— Ой, не надо. Что мы могли сделать. Ушили и ушли.
— А Сережка изменился … Может повезет мне, позже смогу наладить контакт, – рассуждает и я не трогаю.
Она мать. Имеет право бороться за детей, будь хоть по сорок лет.
Беру ее за руки. Пора, да? Давай, Алён. Сегодня и так день жесть, добавим еще.
— Останьтесь у нас, пожалуйста. Мне в Китай надо. Не могу больше в неизвестности быть. Поеду к Ярику. Надо быть рядом. Мне надо, Валентина Владимировна! Отпустите?
— Еще немного. Отлично! Терпим.
Наконец, вынимают иглу.
Ощущения так себе. Криво улыбаюсь, хотя очень хочется прижать к дырке, что продырявили огромной иглой ладонь и немного пошипеть.
— Медведь, – цокает языком сестра и уносится. – Ждите.
Анализ будет готов через пару часов. Именно от него будет зависеть все. Вся моя последующая жизнь.
Как же я устал тут быть в дали о семьи. Да, на руках у нас нет колец, но по факту мы семья. Стыдно признать, но как пацан радуюсь, когда замечаю, как малышка волнуется обо мне. Глаза такие у нее сразу делаются … Пиздец, я соскучился.
Про другое и говорить не стоит. Потому что с момента выздоровления стало совсем невмоготу. Я спать нормально не могу, мне Алёна, как только не снится. Сегодня ночью думал совсем головой двинусь.
Два часа. Два часа и все.
Экспериментальное лекарство подействовало. Повезло с группой крови, с тем, что отторжения не было. По сути, по всем параметрам подошло идеально. Тут по этому поводу целый консилиум собирался. Дают хороший прогноз. Это не значит, что могу мешки ворочать. Ограничения есть и будут, перевешивает основной факт – коляска не грозит. Ни теперь, ни в будущем.