Нет, технически знаю. Мой муж позвал меня на обед. Мы встретились в ресторане, он смотрел на меня так, будто я единственная женщина в мире, сорвал меня с места, затащил в машину и…
Чувствую его даже сейчас – его руки, его губы, его жар. Всё так, как всегда, но… не так.
Мой Артём всегда был страстным — иногда диким, иногда жёстким, но даже когда он терял контроль, он был со мной. Смотрел в мои глаза, говорил со мной, любил меня — меня, а не просто тело под ним.
А сегодня… Я не знаю, кого он трахал в этой машине. Но точно не меня.
Внутри всё скручивается. Пальцы машинально теребят браслет, что он подарил вчера. Маленькая звезда блестит в свете фар, холодная, чужая.
Вчера муж был нежным… А сегодня он смотрел на меня, как зверь, и брал меня, как будто гнал что-то из себя.
Я резко торможу у обочины, шины визжат, машина дёргается. Дышу рвано, голова кружится, ладони липкие от пота.
Что со мной? Я же его знаю. Двенадцать лет знаю — каждый жест, каждый взгляд, каждый вздох. Он не мог… Но почему тогда я чувствую себя так, будто меня обманули? Будто я была просто мясом, а не его женой?
Когда я приезжаю домой, дом встречает тишиной. Тёплой, уютной, безопасной.
Я медленно снимаю пальто, ботинки, прохожу в гостиную, опускаюсь на диван. Ощущение вакуума – будто я нахожусь в комнате, но меня здесь нет.
Мой муж в последний раз так смотрел на меня, когда мы только начали встречаться – в первые месяцы, когда его пожирало желание, когда он тащил меня в гостиницу, и мы едва доходили до номера. Тогда это было чистое, восторженное безумие.
Сегодня — что-то другое. Не восторг. Не любовь. Затравленность? Гнев? Я не знаю, но это было не про нас.
В груди растёт глухое беспокойство, и от него не избавиться. Оно сидит внутри, под рёбрами, растёт, заполняет меня.
Я вздыхаю и утыкаюсь лбом в колени.
Оля права. Доверяй, но проверяй.
Я никогда не думала, что дойду до этого — до мысли, что придётся проверять его. Мы не такие. Я не слежу за мужем, не роюсь в его телефоне, не устраиваю истерик.
Но теперь…
Беру телефон. Пальцы замирают над экраном.
Куда звонить? Диме? Спросить, где он был вчера? Или в офис? А ответят ли мне честно?..
Выдыхаю, откидываюсь назад, телефон падает на диван. Нет. Я не могу. Не хочу. Но в груди что-то горит, сжимает сердце в стальном капкане, и я понимаю — мне нужно знать. Не потому, что я не доверяю, а потому, что я больше не знаю, кому доверять. Мой Артём — тот, что обнимал меня вчера, или тот, что смотрел на меня сегодня, как на чужую?
И эта мысль впивается в меня, не даёт дышать. Мне нужно знать правду.