– И ты в это веришь? Серьезно?
Я сглатываю, думая о том, что это будет логично. Я сейчас не доверяю мужу без доказательств, а он может ответить мне тем же. Только неприятно скребёт в душе от такого.
Я-то не давала повода сомневаться во мне.
– Черт, Тася! Естественно, что я не верю ни единому её слову. Это даже не обсуждалось. Но так же… Я прошу тебя, чтобы и ты не верила ей. Ты же слышала, какой бред несла Ира.
Слышала. Не так отчетливо, приглушенно доносились их голоса. На секунду мелькает шальная мысль, что это всё подстроено. Дима просто попросил подыграть.
Но я тут же отгоняю любые сомнения. Это глупость, потому что Ира не пошла бы на это. Зачем так настойчиво избавлять от меня, а после своими руками разрушать эту ложь.
Ложь?
– Один неудачный раз? – переспрашиваю про то, что сильнее всего запомнилось. – Это она о том, как ты привёл её к нам?
– Да.
Горло сжимает спазмом, я киваю, не в силах ответить. Упираюсь лбом в колени, пряча рваное и быстрое дыхание. Это ничего не меняет, но то же время – меняет многое.
Кажется, что даже сердце бьется медленнее, спокойнее. Затихает, переставая постоянно кровить. Я дёргаюсь, когда чувствую прикосновения к моему плечу, Дима присаживается рядом.
– Мне жаль. Тась, мне так чертовски жаль, — шепчет, прижимая меня к себе. Обнимает, а у меня нет сил, чтобы его оттолкнуть. – Я никогда не хотел делать тебе больно.
– Это тебя не оправдывает. Не до конца. Это, — взмахиваю рукой, указывая на журнальный столик, где лежит его телефон. – Только доказывает, что ты не законченный мерзавец. Но не сотрет то, что ты привел другую женщину в наш дом. Захотел другую…
– Я знаю. Знаю, любимая. И я буду искупать свою вину столько, сколько потребуется. Но я хочу, чтобы ты знала всю правду. Без чужой лжи, выдумки. Я облажался, но не так .
Я дрожу, но слёз нет. Позволяю Диме обнять меня крепче, роняю голову на его плечо. Эмоции топят меня своим разнообразием, кусают, разгоняя кровь по телу. И мне нужно это пережить, просто дать себе время.
Дима, поняв моё состояние, ничего больше не говорит. Не оправдывается, не добавляет мне страданий. Только гладит по волосам, распуская мой высокий хвост. Зарывается пальцами в мои пряди, давит на затылок, где сейчас тянет.
Знает же, идеально знает, что мне нужно в этот момент. Все привычки давно заучены… Так как муж мог настолько сильно ранить меня? Он ведь всегда знал, что я не прощу предательства.
– Почему? – спрашиваю, зажмуриваюсь. Не хочу это знать. – Как ты мог меня променять, Дим?
– Я не планировал. Это была…