Зло зыркает на меня. Ощущение, что лицо меняется. Взгляд бабы-яги из мультика. Хочется
закрыть рот руками, сделать вид, то ничего сказано не было.
Сидим молча. В тихом больничном коридоре издалека появляется стук каблучков. С
определенным ритмом. Раз-цок, дваааа- цок. Этот ритм я знаю с детства. Ну что, пришло время
вам встретиться, любимые женщина Павла Борисовича.
Глава 45. Разговоры
— Людочка, как ты? Держись, милая. — Вера Александровна идет навстречу маме, почти голосит.
Жду, что она вцепится ей в волосы или выдернет сережки из ушей. Хотя… я же Машке ничего не
выдрала, почему жду от свекрови другой реакции.
— Верочка, как неожиданно. Спасибо за поддержку.
Театр абсурда продолжается. Женщины приветственно целуют друг друга.
— Когда Паша сказал, что Николай в больнице, я так переживала, что сама чуть с давлением не
слегла. А представляю, как вам.
Подходят ко мне. Мама мне кивает. Протягивает пакет.
— Доченька, я тебе вещи привезла. Спасибо, что не забываете нас, поддерживаете, —
поворачивается к Вере Александровне.
Ага, особенно ваш муженек, он прям отличная психологическая и не только помощь.
— Столько всего навалилось. У самой здоровья нет, Коля вот слег у детей не ладится. Как жить, Верочка?
Оотхожу от них подальше, сажусь на лавку.
Слышу обрывки фраз, но мне уже неинтересно. Моя правда никому не нужна.
Может я лезу не в свое дело, и Алекс прав. Родители взрослые и сами разберутся, что и как.
А как же папа, нужно открыть ему глаза? Или он тоже все знает, но так легче?
— О чем задумались, Алена Николаевна? — поднимаю глаза от белого кафеля, светло-голубые
кроксы, Илья Сергеевич.
— О сложностях жизни, — улыбаюсь во весь рот. Чтобы свекровь увидела. — Как папа?
— В рамках нормы. Еще несколько дней его поддержим, если все в том же темпе, скоро его
заберете.
Смотрю на его руки. У меня всегда было представление, как должны выглядеть руки хирурга.
Огромная ладонь, длинные и гибкие пальцы, миндалевидные ногти и почему-то черные волосы
на первой фаланге. Все совпало.
— Домой — это хорош, но у меня и дома-то нет, — сама с собой.
— А мама? — кивает в ее сторону.
— У нас все сложно. Простите, что гружу вас своими.
-У меня есть десять минут, может, по кофе. Я страсть, как люблю всякие житейские истории.
Какой замечательный мужчина. Ух, как вовремя это все.
Илья Сергеевич подает руку, встаю с этой неудобной скамейки, у нас такие в спортзале стояли.
КТО эта прекрасная женщина, которая желает плюнуть вам в спину, — с улыбкой и сарказмом в