Слова давались с трудом, словно застревали в горле.
– Амелия скажи, кто сделал это с тобой? – Голос Джеймса звучал тихо, но твердо.
– Я же сказала это случайность, – повторила я. Но затем, неожиданно для самой себя, добавила: – И вы не правы! Я не изменяла мужу! Мы разводимся и живем отдельно!
Эти слова вырвались сами собой. Я даже не планировала их говорить, но теперь они были произнесены вслух.
Джеймс поднял брови и внимательно посмотрел на меня. Он не стал задавать больше вопросов, просто кивнул, словно что-то обдумывая.
Через пару часов Джеймс подошел ко мне снова.
– Ничего не планируй на вечер. Мне надо тебя кое-с кем познакомить.
Я кивнула. Если честно, мне было всё равно. С кем он там собирается мне ознакомить и зачем – какая разница! Единственное, о чём я подумала: пока босс будет рядом со мной, никто сможет на меня напасть. Этого мне было достаточно, чтобы пойти куда угодно.
Но мы пошли не куда угодно, а в ресторан. Ресторан был роскошным: мягкий свет, создающий уютную атмосферу, тяжёлые шторы, приглушающие уличный шум, и изысканная мебель, окружённая тонким ароматом дорогих духов и свежих цветов. Официанты в безупречно чистых униформах мелькали между столиками, наполняя зал негромким шёпотом заказов и звонкой музыкой посуды.
Мы сразу направились к столику вглубь, где сидела женщина. Она выглядела как настоящая стерва: холодные глаза, идеально уложенные волосы, дорогой костюм. Каждое её движение было точно выверено, словно она привыкла держать всё под контролем. Это с ней, Джеймс хотел меня познакомить, но зачем? Выглядит как крайне неприятная дама. С такой не хочется сталкиваться.
Джеймс представил нас:
– Амелия, это Карина Блэйк, лучший адвокат по разводам из всех, кого я знаю.
Так вот оно что. Мой босс решил помочь мне развестись? Полагаю, синяк на запястье сыграл в этом решающую роль.
– Джеймс рассказал мне о вашей ситуации, заявила Карина, не тратья время на знакомство и расшаркивание. Осразу же начала сыпать вопросами, её голос был резким и настойчивым: – Он изменял? Угрожал? Применял насилие?
Каждое слово как нож, вонзающийся в самые глубокие раны.
Я только кивала.
Надо же, как здорово она всё угадывала. Вид Джеймс ничего не знал ни про угрозы, не проносили и ни про измены. Она была настойчива, и я сама не заметила, как рассказала ей всё. Даже подробности, которые я не собиралась делиться.
Она склонилась ко мне ближе, её глаза были ледяными, но в них горел радостный огонь. Ее тон был профессиональным, но в нем чувствовалась доля личного интереса. Похоже, кое кто очень любит свою работу.