– Отлично, – сказала Карина. – И я берусь за это дело. Девочка моя, поверь – мы оставим этого ублюдка без штанов и оторвем ему яйца заодно.
Я впервые за долгое время улыбнулась, но всё же тихо добавила:
– Пусть штаны и яйца останутся при нём. Я просто хочу развод…
– Ну а я работаю за процент от сделки. Так что буду сражаться за каждый доллар! Что касается яиц… и правда, пусть оставит себе. Невелика ценность.
Тут в разговор вмешался Джеймс. Боже, я и забыла, что он сидит рядом и все слышит!
– Раз уж с этим закончили, предлагаю плотно перекусить. Между прочим, здесь подают лучшее ризотто в городе.
Карина отказалась от ризотто и вообще от ужина. Пока мы говорили, она выпила бокал вина и, похоже, решила этим ограничиться – поднялась из-за стола с самым решительным видом.
– Не все негодяи еще наказаны! – сказала она с недоброй улыбочкой.
Что же, негодяям можно было только посочувствовать! Хотя… с чего бы вдруг им сочувствовать… Если эти ее негодяи хоть немного похожи на моего Мигеля, так им и надо!
– Можешь не сомневаться, твой развод в надежных руках, – подал голос Джеймс.
И только сейчас я поняла, что мы с Джеймсом остались вдвоем за столом.
Мне стало неловко от того, сколько он узнал обо мне за столь короткое время.
Я опустила глаза, чувствуя, как щеки начинают гореть.
– Спасибо за помощь… И мне жаль, что вам пришлось…
Джеймс не дал мне договорить:
– А мне жаль, что ты сразу не рассказала мне все!
Похоже, он по-настоящему сердился!
– Я еще в первую встречу понимал, что что-то не так. Слишком много отчаяния было в… нашей близости.
Я нервно сглотнула. Если честно, я старалась забыть то, как на самом деле началось наше знакомство. И уже почти поверила, что я – просто секретарь, а он просто мой босс. И такое резкое напоминание выбило меня из колеи.
Мне захотелось уйти, сбежать, вот сейчас же. Я уже сжалась, как лань перед прыжком в сторону, но Джеймс накрыл мою руку своей. Словно угадал мое желание и был намерен меня остановить.
– Мы были слишком заняты для разговоров, – он усмехнулся и глаза его плотоядно блеснули, выдавая, что именно он сейчас вспоминает. – Я собирался расспросить тебя утром… Но спрашивать оказалось не у кого.
Я смутилась еще больше.
– Эта ночь была… не тем, что я обычно делаю…
Он рассмеялся:
– Ну вот это как раз мне было совершенно очевидно! Ты бы видела свое лицо, когда я предложил тебе… – а вот тут он смутился. Не закончил фразу. Но я и так помнила и что именно он предложил, и как вжикнул молнией на брюках.
– И ты действительно хотел, чтобы я?… – ну вот пришла моя очередь не договаривать фразы.