— Собирай свои вещи и уходи! — кричит она, и я слышу этот надрыв в голосе, который невозможно подделать.
Я застываю на пороге, прислушиваясь. Потом решительно прохожу дальше, тормозя на пороге гостиной.
Анна и ее супруг за дверью. Ребенок кричит.
— Уходи, я сказала! Убирайся отсюда! — повторяет моя Анюта.
Слышу, как ее супруг смеется, этот мерзкий, самодовольный смешок, от которого хочется сжать кулаки.
— Ты серьезно? — отвечает он, его голос резкий, нагло угрожающий. — Думаешь, я просто так уйду? Хорошо, допустим. Допустим, я тебя брошу. И что? Одна же останешься, дура! Ты никогда не найдешь такого, как я, Аня! Ты пожалеешь!
— Я уже пожалела, — отвечает она, голос дрожит, но полон решимости. — Пожалела, что когда-то выбрала тебя.
— Выбрала? А у тебя что, был особый выбор? Ты никому не была нужна! Принцесска, которую папочка держал за семью замками! Сколько я сил потратил, чтобы к тебе прорваться!
— Не стоило стараться!
— Стоило! И бабло твоего отца стоило, да и ты сама, была весьма аппетитная, пока не разожралась, как свинья.
— Я? Я родила тебе ребенка, я беременна была, а ты…
— А я что, просил тебя рожать? Говорил же, поживем для себя! Очень нужно было вешать на себя спиногрыза.
— Что ты сказал? Ты! Урод моральный! Ты…
— Заткнись! Закрой рот, дура!
Вижу, как Егор резко двигается вперед, почти набрасываясь на нее.
Я не думаю. Просто захожу внутрь, чувствую, как адреналин хлещет по венам.
— Убери от нее руки, ублюдок, — мой голос звучит ровно, но громко, как удар молота.
Он оборачивается, глаза полны ярости и удивления.
— Ты что опять здесь делаешь? — кричит он, но я уже делаю шаг вперед, становлюсь между ними, заслоняя Анну своим телом.
— Защищаю свою женщину, — спокойно отвечаю я. — Что должен был сделать давно, еще до того, как ты ее предал.
Егор пытается что-то сказать, но я вижу, как его ярость сменяется растерянностью. Он не ожидал этого. Не ожидал, что кто-то будет бороться за нее. Защищать ее.
— Ты, чертов адвокат, скотина, ты… ты…— сквозь зубы бросает мне муж Анны, но я только улыбаюсь, холодно, с вызовом.
— Да, это я, и этот адвокат знает все законы. В том числе и те, по которым ты будешь нести ответственность, если тронешь ее хоть пальцем.
Анна за моей спиной тяжело дышит. Я оборачиваюсь и вижу ее лицо — испуганное, но полное решимости. Она смотрит на меня так, будто впервые видит, кто я на самом деле. Но в ее глазах такая благодарность! Меня переполняют эмоции, хочется столько ей сказать! Утешить, чтобы она больше никогда не боялась. Согреть. Любить!
— Значит, меня в измене обвиняешь, а сама тут спелась, да? Может, ты с ним уже давно того этого, а? К родителям она уехала! А я, лох, уши развесил! — бравирует этот конченый идиот, ее муж.