— Пошел вон, — бросает Анна Егору, и я чувствую, как она прижимается к моему плечу, словно ищет защиты.
— Ты… ты просто шлюха, Аня! Сама разрушила семью, ты…
Один меткий удар, и Егор отлетает, падая на пол. Анна вскрикивает, но не бросается ему на помощь. Она отступает к кроватке, где всё еще плачет малыш.
А я бросаюсь, я действительно хочу помочь, помочь ему убраться отсюда.
Хватаю цветы, которые он притащил, торт — коробка стоит на столе. Хватаю Егора за грудки.
— Убирайся вон, урод моральный, еще хоть слово, хоть одно движение в сторону моей женщины — и я тебя засужу, понял?
Тащу его к двери, выталкиваю, торт летит следом, коробка разваливается, и вся сладкая масса оказывается на голове у этого недоумка.
— Ты… ты еще пожалеешь! Я на вас сам в суд подам!
— Попробуй, твое право. Будешь объяснять, как ворвался в чужую квартиру и устроил дебош, да еще и подъезд перепачкал кремом.
Усмехаюсь и закрываю дверь.
Мы с Анной остаемся вдвоем. Малыш всхлипывает у нее на руках. Она дрожит, я осторожно кладу руки ей на плечи, смотрю в ее заплаканные глаза.
— Всё в порядке, — говорю тихо. — Я здесь. И не позволю ему больше тебя обидеть.
Анна кивает, но я вижу, как в ее взгляде появляется что-то новое. Может быть, надежда.
— Ты… ты пришел, — шепчу я, и голос срывается. — Ты помог мне. Защитил… Спасибо.
Эдвард улыбается, тепло, искренне, и протягивает ко мне руку, осторожно сжимая мою ладонь в своей. Его прикосновение сильное, уверенное, как будто он всегда знал, что будет рядом, когда мне понадобится. Эта уверенность передается и мне.
— Конечно, пришел, — отвечает он спокойно. — Я бы никогда тебя не оставил. Ты заслуживаешь лучшего, Анна.
Я смотрю на него, и в груди расползается странное, но приятное ощущение.
Надежда? Вера? Или просто осознание того, что я больше не одна в этом мире? Что есть человек, который готов бороться за меня.
А значит, я этого стою, стою, чтобы за меня боролись!
— Что теперь будет? — наконец, выдыхаю, всё еще сжимая его руку, будто боюсь, что он уйдет.
Эдвард делает шаг, его руки обнимают меня, прижимая крепко и нежно, чувствую, как его тепло проникает в каждую клеточку моего тела, стирая страхи и тревоги.
Мне хорошо с ним. Так хорошо!
— Ничего не бойся, — шепчет он мне на ухо, губы едва касаются виска. — Я здесь. И я больше тебя не отпущу.
Тихий низкий голос проникает в сердце, кружит голову. Его слова как обещание чего-то большого, настоящего.
Я прижимаюсь к нему, чувствую, как его сердце бьется в такт моему, и понимаю: я больше не одна. Он — моя опора. Мой спаситель.