— Мам, ты чего? — схватил меня за плечи сын, удержал от падения. — Ты куда, мам?
— Антоша, ты почему здесь? — меня мелко трясло, и я напрягла каждую мышцу в теле, чтобы сдержать дрожь. Спрятать её от сына. — У тебя ещё полчаса тренировки.
— Ушёл пораньше. С тренершей поцапался. — досадливо отмахнулся сын. — Пришёл за тобой, а ты тут… Что случилось, мам? Ты чего такая опрокинутая?
— Тогда поехали домой? — пропустила его “опрокинутая” мимо ушей, ругать сына за дурацкие словечки сейчас не было сил.
— Я бы мороженое поел. — хитро улыбнулся Антон, а я обернулась, выискивая взглядом Виолу. Она так и сидела за столиком, внимательно разглядывая моего сына. Представляла, что её ребёнок будет похож на нашего с Сашей Тоху?
— Иди ко мне, Антошка. — потянула сына за руку, загораживая его собой, обняла за плечи и чмокнула в щёку.
— Мам, мне пятнадцать. — отстранился сын и досадливо сморщил нос. — Давай без телячьих нежностей. И не называй меня Антошкой.
— Хорошо, не буду. — я снова посмотрела на то место, где минуту назад сидела любовница мужа, но её там уже не было. — Давай лучше домой, сынок? Раз уж твоя тренировка не удалась.
— И сынком не называй. — недовольно буркнул Антон, закидывая, рюкзак со снаряжением на плечо. — Я не маменькин сыночка.
Больше папенькин — мысленно согласилась я. Это была правда, своего отца мои сыновья обожали и уважали. Большего авторитета для них не существовало.
Дорога домой прошла в молчании. Антон нацепил наушники и, закрыв глаза, дёргал головой в такт звучащей в них музыке, а я вцепилась в руль, смотрела на дорогу и часто моргала, стараясь не заплакать.
Мне было страшно. Страшно, что всё что сказала эта девица, может оказаться правдой. Как мне после этого жить?
А сыновья? Что будет, когда они узнают? Непререкаемый авторитет отца затрещит по швам и лопнет.
Я старалась гнать эти мысли. Пока не поговорю с мужем, нет смысла накручивать себя. С чего я вдруг поверила этой девице? Только потому, что она назвала полное имя и отчество моего мужа? Это не доказательство, что они даже знакомы. Мой муж не секретный агент, информация о нём есть в интернете в свободном доступе.
Снимок УЗИ тоже ничего не доказывал — он мог быть чей угодно. Шестнадцать недель. Живота пока нет, да и не успела я рассмотреть её фигуру, девица сразу села за стол.
Нет, это ложь. Не мог мой Саша.
Мы же двадцать четыре года вместе. Со студенческой скамьи. Нашему старшему сыну Егору двадцать три. Он уже живёт отдельно, отпочковался от нас.
Мы никогда серьёзно не ссорились с мужем, не разбегались по разным углам. В нашей семье было правило всё проговаривать. Обиды, непонимание, претензии. Вместе обсуждать, что кого-то из нас не устраивало и искать выход.