В этом не было сомнений. Без него мама совсем перестала быть похожей на себя. Пропал ее запал, командный голос, безжалостный и тиранический характер. Мне бы радоваться, потому что именно ко мне всю жизнь она применяла все это — требовала, командовала, вытаскивала все до последней капли.
Но я не сдалась, а она… вот.
Заслужила? Вероятно да, но никакого злорадства от этого я не чувствовала, скорее сожаление из-за того, что сейчас она совсем одна. Белла и с ней не выходила на связь, Рому, своего любимого и самого лучшего зятя, она прокляла и послала туда, откуда он приехал. Папу иногда терроризировала звонками с разных телефонов.
Он менял номера, блокировал ее звонки, но она как-то узнавала и все равно звонила, просила о встрече, о разговоре.
Закрываю папку, ставя себе пометку о том, что нужно будет навестить женщину с ребенком и лично узнать все подробности произошедшего ночью, если конечно они сами не решаться натравить на нас адвокатов. Юридически к нам не придраться, но в большинстве случаев любой суд — это слишком сильный стресс, который любыми путями лучше избежать. В первую очередь все это не самым лучшим образом скажется на маме и малыше.
Наконец-то достаю свой телефон, который все это время был в режиме “без звука” и вижу пятнадцать пропущенных звонков от мамы.
Она, конечно, любительница закатывать истерики на ровном месте и раньше за ней часто наблюдалось нечто подобное, но в последнее время — нет.
Набираю и она почти сразу отвечает.
— Маша, здравствуй. Как хорошо, что ты перезвонила мне. Пожалуйста приезжай, мне нужна твоя помощь!
Я уже хотела спросить что именно ей могло понадобиться от нелюбимой дочери вечером в четверг, когда услышала требовательный крик ребенка.
— Кто это?
— Это Коленька, — выдыхает она.
— Какой Коленька? — спрашиваю, но кажется уже знаю ответ.
— Сын Беллы, мой внук и твой племянник. Твоя сестра сегодня забрала его из больницы и привезла ко мне.
***
Перевожу взгляд с розовощекого и сопящего малыша на маму и обратно.
В отличие от умиротворенности, которую излучает малыш, она на панике. Дергает свои пальцы, постоянно хватается за волосы и что-то шепчет. В основном ругань.
Я перебираю все, что сестра принесла с Колей. Только выписку из больницы — они с Ромой даже свидетельство о рождении не оформили.
Созваниваюсь с врачом, который сопровождал малыша все время со дня рождения и он коротко рассказывает что произошло.
— Ясно, спасибо, — благодарю его и кладу трубку.
Что тут еще скажешь?
— Маша, как дозвониться до твоей сестры? Она не берет телефон, кажется полностью меня заблокировала.