На территорию городка не пускали такси и частные машины, тем более работающие на магических печатях. Внутри были свои частные и общественные перевозчики исключительно на электрическом транспорте. Для тех, кто хотел сэкономить, ходили троллейбусы, а вокруг городка был проложен небольшой монорельс.
Я взял больничное такси — небольшую машинку с чисто электрическим двигателем. Мой путь лежал в корпус Института экстренной медицины.
Ровно в девять утра я появился на проходной.
Я достал из кармана империал, подбросил, поймал. Анна Иоанновна, кажется, смотрела на меня с одобрением. Вздохнув, я вскрыл упаковку клоназепама, которую купил на здесь же в аптечном киоске, и заглотил сразу три таблетки. Я не имел права при Марии демонстрировать эмоции. А поскольку речь шла о небезразличном мне человеке, я решил подстраховаться. Помню, как раскрошил подлокотники в каюте ее отца, даже не заметив этого. Она не должна увидеть даже тени страха или жалости на моем лице. От этого посещения зависело, останутся ли между нами хоть какие-то отношения. Так что мое небольшое мошенничество с седативным препаратом, было оправдано. Да и Аня ерунды не посоветует.
Внутрь пускали только по временным пропускам и после прохождения санобработки. Большинство пациентов здесь имели обширные травмы и внутренний распорядок учреждения по поводу сторонних инфекций, которые могли занести посетители, был чрезвычайно строг. Меня, например, загнали в дезинфекционную камеру и заставили полностью сменить одежду на больничные одноразовые шмотки. Даже смартфон отобрали.
После процедуры изгнания духов болезни и ритуального переодевания у меня отобрали букет. И я, наконец, поднялся на третий этаж. Всего у клиники было девять этажей, почти максимальная высотность для здания, построенного на четвертом уровне. На очередном посту меня встретила старшая медицинская сестра отделения комбустиологии.
— Господин Орлов, — рассмотрев мой пропуск и сверившись с записью в компьютере на посту, — наконец соизволила проговорить она. — Прошу за мной. У вас двадцать минут. Госпожа Истомина еще не полностью восстановила силы. Желательно не прикасаться к пациентке. Открытых ран у пациента уже нет, но иммунитет крайне истощен. Вы, конечно, прошли дезинфекцию, но все же… воздержитесь.
Говоря все это, она довольно энергично двинулась по коридору в сторону палаты Марии. Это она так косвенно сказала мне: «Никаких поцелуев и прочих телячьих нежностей?» Зря старалась. Мне главное, чтобы меня в первые же минуты встречи Мария мокрыми тряпками не погнала из палаты.