Весь оставшийся день я проработал в почетной должности держи-хватая при Красавчике. Несмотря на его уверенные вчерашние заявления, сборка броневика из тех руин, в которые он превратил боевую машину, оказалась делом небыстрым и непростым, несмотря на помощь техников четвертого дивизиона.
А ближе к вечеру я получил неожиданное сообщение от Марии. Ну как неожиданное. Я ждал, но не наделся, что это произойдет так быстро.
«Меня скоро выписывают, — написала Истомина. — Ты же хотел увидеться. Завтра с утра у меня будет время для посетителей. С девяти до двенадцати. Если не передумал, приходи».
Я, конечно, не передумал. И сразу же отправился к Ветру отпрашиваться на завтрашнее утро. Ветер явно был не в духе.
— Ну ты оборзел, Боярин, в край. То юристы у тебя, то какие-то личные дела-на. Может, тебе уволиться уже, а то смотрю, служба тебе в тягость стала.
Проглотив обидный ответ, просившийся мне на язык, я просто сказал:
— Помнишь, я рассказывал про девушку, которая пострадала из-за моих дел? Нападение на транспорт Управления? — с коллегами я поделился минимумом информации, когда они при мне начали обсуждать это нападение, строя всякие фантастические догадки.
— Ну помню. Страшное дело, ска. Девчонка под счастливой звездой родилась, раз выжила.
— Ей разрешили принимать посетителей. И она позвала меня. Свободное окно с девяти до двенадцати утра. Я бы хотел увидеться до операции. Потому что мало ли… — я не стал обозначать, что именно «мало ли», так как на самом деле не думал, что могу пострадать.
Но Ветер расшифровал мои слова именно так.
— А! Ну в таком разе иди. Ты прав. Работа у нас опасная, всякое может быть. Да и девчонку надо поддержать. Я в госпитале лежал не раз. Тоскливо, даже если тебе врачи твердят, что все нормально будет-на. А у нее наверняка сурьезные травмы были, я вообще не понимаю, как она выжила-то. Короче, иди, Боярин, я тебе оформлю «за свой счет». Ты не думай, что я какой-то там бюрократ, навроде Семеныча. Просто электронную систему учета рабочего времени сверяют ежемесячно и за каждое опоздание или отсутствие на месте моих ребят, с меня отчеты трясут.
Вдохновленный этим напутствием, я и отправился домой. Аэротакси в центральный район, в котором находился госпиталь Марии, я заказал заранее.
В Центральном районе я забрал заказанный вчера букет. Затем таксист высадил меня перед проходной «больничного городка», который занимал довольно приличный кусок западной дуги четвертого уровня Центрального района.
В свое время князь Воронцов принял решение, что все значительные медицинские учреждения, включая медуниверситет, должны находиться в одном месте. Конечно, поликлиники и обычные больницы никуда не делись, но здесь появился район элитных или уникальных медицинских контор, разделенных несколькими парковыми зонами. Здесь располагались онкоцентр, «Институт эндокринологии», «Клиника тонкого тела» и несколько ведомственных больниц и госпиталей. Всего самостоятельных учреждений здесь было штук пятнадцать. И место для строительства новых клиник еще оставалось. Говорили, что весь этот храм целительства был проектом княгини Ольги, матери нынешнего князя Воронежа. По крайней мере, именно она всегда была одним из официальных попечителей большинства местных клиник.