— Лидия Васильевна ожидает, — продолжила секретарша, дав время на оценку картины.
— Хорошо. — Я вздохнул, оторвался от потолка, и, махнув Зайкам, двинулся вперёд. Местная охрана осталась на месте.
Первой в кабинет вошла одна из девочек Голицыных, за нею я, потом Соль и Селена, и замкнула вторая бодигард. Что скажу — кабинет оказался ещё круче, красивее и роскошнее приёмной. Ковры мягче, окна светлее, на стене портреты женщин, и много — видимо, предшественницы на посту главы корпуса, как у Дамблдора в кабинете портреты директоров Хогвартса. Кстати, по Фрейду аналогия — я, как и Гарри, ощущаю себя в сказке. И везде позолота, даже крепежи для ламп и плафонов позолоченные.
Тётка, как мы начали входить, встала и вышла из-за стола, поправив на себе форму.
— Девочки, дайте берет? — попросил я. Селена, стоявшая ближе, со вздохом стянула берет с себя — они с сестрой были в них, когда их забирали, но в клубе девочки ходили с непокрытой головой — где-то спрятали в вещах, и надели только по приезду на территорию. Протянула мне. Я нацепил его и отдал честь:
— Госпожа полковник! Царевич Александр Годунов прибыл! Кадеты Зайцевы по вашему приказанию доставлены! Лично, как и было приказано!
— Вольно, царевич Годунов! — Лидия Васильевна вымученно улыбнулась. — Вижу, что доставил, и что лично. А то, что перед воротами твоя очень злая дружина, которую я была вынуждена не пустить, а с тобой охрана из рода Голицыных… Ничего не хочешь сказать? — смеялись её глаза.
— Никак нет, госпожа полковник! — вытянулся в струнку я, и эта выправка, подражание военным, вызвала у всех присутствующих покровительственную улыбку. — Приказ выполнен, а сложности выполнения — на совести исполнителя.
Грубо, но она мне и не начальник. Дала задание? Квест выполнен. Знала, как дружина поведёт себя, то ли инсайд изнутри, то ли интуиция и хорошее знание психологии моей мамы (а возможно и то и то)? Но я выпутался. Всё, дальнейшее не имеет значение.
— Царевич Годунов, примите признание руководства корпуса, — козырнула она в ответ, и я почувствовал в голосе уважение. Поняла, что я прав. — За успешно выполненную задачу и проявленную в процессе выполнения смекалку и личную храбрость, как руководитель корпуса выношу вам устную благодарность.
— Служу Советскому Союзу! — отдал честь я, а после убрал руку от головы и картинно заозирался. — А я не знаю, что в этом случае нужно говорить.
Зайки захихикали, а Голицыны и тётушка заулыбались ещё сильнее.
— Вольно, кадет Годуно… То есть, царевич Годунов! — поправилась она, а я снова вспомнил Фрейда и оговорки по нему. — Девочки, свободны, марш переодеваться, и на занятия! — Это моим спутницам. — Преподаватели предупреждены, в кабинет пустят