Кроме одного. Тепла. Человеческого тепла. Не было.
Через три месяца у неё появился друг. Почти по кроватке.
Две маленькие кровати в одном боксе. Одна — с рыжей крошкой, которая орёт так, будто спорит с миром. Вторая — с серьёзным чёрноглазым мальчиком, который смотрит в потолок, как будто пытается его пробить взглядом.
Потом — одна песочница. Одна воспитательница, вечно спешащая куда-то ещё. Один двор, обнесённый высоким забором и камерами.
Потом — один садик. Одна группа. Одна школа.
Странный интернат вырос вместе с ними. Становился всё «элитнее»: новые корпуса, лаборатории, программа «для одарённых». Но главное в нём так и не изменилось: всё было выверено, рассчитано, просчитано.
Там было всё, кроме тепла.
Камера дёрнулась и перескочила ещё на несколько лет вперёд.
Парень и девушка. Тёмный и Рыжая. Нет, не пара. Просто друг и подруга. Почти брат и сестра.
Они идут по Жизни рядом и вместе: он — чуть сбоку, чтобы прикрыть от удара, она — на полшага впереди, чтобы первой поймать мир за хвост.
Школьный двор. Он дерётся с теми, кто слишком громко смеётся над её рыжими волосами. Она потом оттирает ему кровь с губ и ворчит, что он идиот.
Общага того же интерната. Занавеска, две кружки, общий чай в пакетиках. Они делят на двоих старый ноут, конспекты и редкие, совсем их, смешки ночью.
Потом школа кончилась, и вот — институт, поступление и полетела Жизнь.
Новый город, большие аудитории, серая лестница.
Пахнет кофе и надеждой.
Они поступают почти на один факультет, не сильно разойдясь. Хватаются за любую работу. Он по ночам разгружает фуры на складе, она подрабатывает репетитором.
Они не знают, что у них всего четыре года, чтобы…
…прожить обычную человеческую молодость.
…научиться смеяться, влюбляться и ошибаться.
…так и не открыть свои настоящие силы.
Камера рвётся дальше, на куски.
Вечер на крыше. Город внизу, огни, ветер. Она рассказывает о какой-то дурацкой сказке, где у девочки не было ни мамы, ни папы, только странный друг, который всегда рядом.
Он говорит, что в этой сказке не хватает хэппи-энда.
И хэппи-энд вроде бы приходит. Но не так, как принято в книжках.
Появляются другие. Те, кого они называют «нашёлся человек».
Её уводит высокий, уверенный парень с хорошей машиной и умением слушать. Его уводит тихая девушка с тёплыми руками и улыбкой, в которой много терпения.
Потом — свадьбы. Не пышные, уставшие. Но честные.
Потом — дети.
Первый крик малыша. И…
Сперва она. Она не успела, она не смогла, и… врачи кричат, но ничего не могут сделать…
Потом он. Он не успел, он не смог… машина… авария, всё закончилось.