Смерч спрыгнул с подоконника на пол, и тут же рядом приземлилась огромная мантикора.
— Ты куда лезешь? — нахмурился он.
— Не могу пропустить веселье, — облизнулся лев.
Его глаза блеснули голодом, и Смерч решил не перечить. Пусть мантикора лучше жрет людей Маркуса, чем с голодухи надкусит кого-то из своих.
Вдвоем они добрались до главного зала, где Маркус с остатками воинов готовился к обороне. Первым в бой ринулась мантикора. Рыча и шипя, чудовище грызло и жалило, пока Смерч продвигался к заветной цели.
Воины хорошо сражались, но им было не выстоять против голодной мантикоры и разъяренного драконьера. Маркус проигрывал и знал это.
Не выдержав, он выкрикнул:
— Хватит, Дрэйк, остановись!
Давно забытое имя из уст брата ударило больнее кинжала. Смерч замер и медленно повернулся на голос. Маркус стоял посреди зала, но не один. Он силой удерживал девушку, приставив к ее горлу лезвие. Перепуганная брюнетка чем-то отдаленно напоминала Мару.
— Это сестра Мараклеи — Исабелла, — заявил Маркус. — Дернешься, и я перережу ей горло.
Исабелла резко побледнела. В ее глазах плескался ужас. Мара рассказывала о том, как Иса ее предала, но все же это ее сестра… Вряд ли Мара обрадуется ее смерти.
— Просто дай мне уйти. Забирай Замок себе, — говоря, Маркус пятился к выходу из зала. — Здесь все равно невозможно нормально жить.
Мантикора зарычала, опустив голову к полу. Лев готовился к прыжку, но Смерч поднял руку вверх, останавливая его.
— Уходи, — кивнул он брату. — Только девушку не трогай.
— Ты всегда был милосерден, Дрэйк, — усмехнулся Маркус.
Ему оставался всего один шаг до выхода из зала, но прежде чем его сделать, Маркус вскинул вторую руку. Оказывается, он вовсе не держал Ису, и страх она лишь искусно изображала.
Во второй руке, которую Маркус прятал за пышной юбкой девушки, был заряженный арбалет. Вскинув его, брат выпустил стрелу прямо в Смерча. Повезло, что у Маркуса не было времени на прицеливание. Стрела хоть и угодила в цель, но не в сердце, а в левый бок.
Боль пронзила тело одновременно со стрелой. Смерч издал звук, но вместо вскрика из его горла вырвался рев. Очередное предательство брата пробудило в нем первобытную ярость, а вместе с ней и дракона.
Крылатому монстру было тесно в стенах зала, крылья не развернуть. Впрочем, сейчас он не собирался летать. Он собирался убивать.
Вырвав зубами стрелу из бока, дракон прочертил когтями полосы в полу. Взмахом хвоста он чуть не снес стену, но вовремя остановился. Что-то удержало. Она расстроится. Кто она, с какой стати ему есть дело до ее эмоций, он не знал. Но причинять ей боль не хотел.