— Мало кто из таких стариков остаётся в городе. Не так уж много силы Неба удерживает формация Гряды, Орден приберегает её для своих старейшин-мастеровых. Остальным приходится годами сидеть в дальних лагерях, а те, что побогаче и посильнее, строят себе дома в предгорьях.
— Дома? Там, где Звери и сектанты?
— Сектанты сами не сунутся так глубоко в лес, те, кто попадают к нам, слишком слабы для этого. А старики… Кто им может угрожать здесь? Кто угрожает Царям?
Я возразил:
— Они не Цари. Не все, если я верно тебя понял.
— Ты прав. Но мало кто рискнет сунуться в лес через территории ватаг к Воинам даже восьмой звезды. Такого не ударишь в спину и, чтобы смять числом, нужно будет собрать человек двадцать шестерок и пожертвовать половиной. Кто хочет умирать?
— А они сами не сходятся в схватках? Ну, старые обиды взыграют?
У Мириота дернулась щека:
— Это возможность глупо умереть. Те, кто живут в дебрях, слишком умны для подобного шага.
— Что они там вообще забыли?
Я попытался представить, будто мне нужно уйти из города и оставаться месяцами в лесу, питаясь тем, что добыл и приготовил. Разве это жизнь?
— Имея деньги, можно хорошо жить и здесь. Даже мы часто доставляем им заказанные товары.
Я задумался. Деньги. Обладая такой силой, можно и впрямь брать лучшую добычу в лесах. Тем более с опытом этих стариков. Понимающе протянул:
— Так значит, вот кто помогает вам с опасной добычей.
— Мечтай! — фыркнул Мириот. — То, что им мало жить осталось, не значит, что они хотят это «мало» потерять. То, что опасно для ватаги, опасно и для них. Пока упросишь старика помочь, пока придумаешь ему хороший подарок… Проще потратиться на алхимический яд или заманить Зверя в ловушку — дешевле выйдет.
Странно, но если вспомнить, то я тоже не особо помогал Гуниру с Зимионом, начав свою охоту. Слишком разным стал наш уровень силы. Я бы не отказал им в помощи, вот только ни разу они не подходили с такой просьбой.
— Ладно, к сути. Зачем ты о них вспомнил?
— А что, по-твоему, им может быть интересно?
— Откуда мне знать? Мириот, ты можешь говорить ясно? Пока лишь тратишь время впустую.
Мириот усмехнулся:
— Сила. Их интересует сила и возможность преодолеть застой и справиться с теми травмами, что они получили, пытаясь прорваться.
— Ты же сказал, что твоим это неинтересно.
— Наша семья всегда считалась странной. Да, у них есть шанс, но он им неинтересен. Случись это лет двадцать назад… Но кто сказал, что другие думают так же? Кто знает, сколько тех, что сгинули в походе в Миражный, на самом деле не сумели выйти из него?
Кое-что стало доходить до меня: