О книге
Моя неграмотность озадачила и графиню.
— Как же так, дочь? Неужели ты забыла и это? — сокрушалась Иванна Фиронер.
— Забыла, маменька, ой забыла! — заливалась слезами я. — Никто же меня теперь замуж не возьмёт.
Графиня задумалась: я и так на благовоспитанную девицу из хорошей семьи не очень походила, а теперь ещё одна проблема вылезла. И решение её требовало времени и денег. А у графинюшки ни того, ни другого.
— Я могу научить госпожу грамоте, — вдруг предложила Марьяма.
— Ты? — подозрительно оглядела служанку графиня.
— Я племянников учила, — кивнула девушка. — Я быстро управлюсь. День и ночь учить буду, пока госпожа всё не вспомнит.
— Хорошо, — подумав, согласилась графиня. — Приступай. Через три дня посмотрим, есть ли прок. И если не будет…
Иванна ничего не сказала, только посмотрела на Марьяму с прищуром. Девушка опять вся сжалась и глаза в пол опустила. А когда графиня ушла, сказала тихо:
— Госпожа, прошу вас, давайте приступим к занятиям.
— А если я не хочу? — спросила я девушку.
Она на меня глаза подняла, а в них столько недоумения, что даже жаль её стало.
— Не хочу учиться, а хочу жениться, — стояла я на своём. — Зачем мне грамота? Матушка сказала, что меня жених и так любить готов, если я с ним ласковой и приветливой буду. Вот ещё время на ерунду тратить. Давай-ка лучше расчеши мне волосы да заплети красиво.
— Как же так, госпожа? Вы же сами плакали, что грамоту забыли.
— Плакала, и что? Я девица молодая, от всякого расплакаться могу. Вот как сейчас зареву, что ты плохо объясняешь, так маменька тебя живо на конюшню пошлёт.
Служанка побледнела и глазами оленёнка Бэмби на меня уставилась. Ну вот, что и требовалось доказать.
— Марьяма, я выучу буквы, если ты так хочешь, но только после того, как ты мне расскажешь, что вообще тут происходит. И не ври, пожалуйста, я ведь память потеряла, а не ум.
— Госпожа, если я лишнее скажу, меня графиня Фиронер со свету сживёт, — сопротивлялась девушка, чуть не плача.
— Она и так тебя сживёт, не сомневайся. Или раньше, или чуть позже, например, как меня замуж спровадит. Я только одного не пойму — почему ты это терпишь. Неужели другой работы не найти?
Собственно, ради последнего вопроса всё это я и затеяла. Мне критически важно было понять, что ждёт меня за стенами графского дома. Но то, что рассказала мне девушка, потрясло даже моё циничное сознание.
— Я не могу уволиться, госпожа, — тихо сказала Марьяма, теребя край передника. — Меня за долги продали в услужение, а графиня выкупила. Если я уйду раньше срока — меня обратно вернут.