Подойдя к одной из машин, я спокойно постучался в стекло со стороны пассажиров. Оно приоткрылось. Оттуда донеслась громкая долбящая музыка, и показалась наглая морда с ухоженной бородой и прилизанными на затылок волосами.
— Чего надо, дядя? — хамовато отозвался пассажир.
— Чтобы ты восстановил мой забор, — холодно ответил я.
— А, значит, это ты новый князь, — со скучающим видом произнёс он и лениво вышел из машины. — Ну, будем знакомы, хан Байрак.
— Хан, ты, наверное, не услышал меня? Говорю, забор восстановишь даже лучше, чем он был, — я продолжал гнуть свою линию.
— Только познакомились, а ты уже хамишь, — с ехидной улыбкой продолжал он. — Нехорошо это.
— А, знаешь, что еще хуже? — понизил я голос, заставляя его прислушиваться. — Ты сломал мне забор и пытаешься говорить мне про гостеприимство.
— Восстановим мы тебе забор, — сдался хан, — но и тебя попросим об услуге: не отсвечивай и верни нашего друга во главу.
— Нет, — спокойно ответил я и с ухмылкой улыбнулся. Теперь мне окончательно стало понятно, что хан не светские беседы приехал вести.
— Брат, я же хотел как лучше, — хан потянулся ко мне, видимо, решив поправить мне воротник, но я перехватил его руку и заломил. Хан взвыл от боли и тут же из остальных машин повыскакивали шестеро бугаев в чёрных куртках и с резиновыми дубинками наперевес. Кажется, мирным путём решить вопрос у нас не получится.
— Скажи своим шакалам, чтобы сели обратно по машинам, иначе я тебе сломаю руку, — хладнокровно приказал я, но при этом все тело напряглось, ожидая возможную драку.
— Делайте, как он сказал, — сквозь зубы сказал хан, корчась от боли.
Телохранители хана не спешили выполнять его приказ, продолжая испепелять меня взглядами и гневно сжимая челюсти.
— Кажется, они не расслышали тебя, — я чуть сильнее сдавил руку хана, отчего тот замер, стараясь совсем не шевелится,чтобы не провоцировать боль.
— Садитесь по машинам! — гневно заорал хан. — Иначе всех порешу!
При повторном приказе телохранители хана неохотно, но сели обратно по машинам.
Убедившись в выполнении моего приказа, я отпустил хана. Но бдительность не терял — мало ли что он ещё решит выкинуть.
Но тот лишь упал на колени, баюкая свою руку и прожигая меня взглядом. Явно не привык к тому, что ему оказывают сопротивление, и не мог сообразить, что делать.
— Чтобы прислал завтра бригаду для восстановления забора! — напомнил я Байраку о его обязанности. — А теперь можешь уезжать.
Хан с красным лицом поднялся и с обидой вперемешку с ненавистью коротко взглянул на меня, прежде, чем сел в автомобиль.