— Поехали, — говорит он, отталкиваясь от стены. — А то мама мне уже три сообщения отправила. Беспокоится, что мы не приедем.
— Но сегодня мы не отменим эту встречу… — улыбаюсь я.
— Не отменим. — Он берёт мою руку, подносит к губам, целует костяшки. — Отец матери столько о тебе рассказывал, что ей уже не терпится с тобой познакомиться.
Машина выезжает из подземного паркинга. Вечерний город встречает нас тысячами огней — фонари, витрины, фары встречных машин. Я сегодня спокойна, никакого волнения или же тревоги.
Имран ведет машину одной рукой, второй переключает передачи.
— Знаешь, о чём я сейчас думаю? — начинаю я.
— О чём? — поворачивается ко мне на секунду.
— Об Алисе. Она так переживает из-за завтрашнего дня. Буквально трясется. Вдруг я, говорит, что-то напутаю, не справлюсь. Вдруг ты пожалеешь, что взял её. Боится очень.
Имран усмехается.
— Москва не сразу строилась. Никто с первого дня идеальным секретарем не становится. Научится. Не стоит переживать, Алина.
— Ты правда так думаешь?
— Уверен. — Он бросает на меня очередной быстрый взгляд. — Она умная девочка. Просто забитая. Ей нужно время, чтобы расправить плечи. И немного веры в себя. Слишком много думает, боится за мать. Ну и отца ждет подвоха, что ожидаемо. Ей нужно отвлечься.
Буквально пялюсь на профиль мужа. Чёткая линия челюсти, спокойные глаза, уверенные руки на руле.
Боже, я так благодарна ему… Так сильно, что благодарность, кажется, не помещается в груди. За Алису, которую он вытащил из того кошмара. За маму, которая под охраной и с лучшими врачами. За то, что рядом с ним я перестала бояться. Благодарна за то, что он просто есть в моей жизни.
— Имран, — шепчу я.
— М?
— Спасибо тебе.
Он поворачивается, смотрит вопросительно.
— За всё, — поясняю я. — За Алису. За маму. За то, что ты… такой. Я даже думать боюсь, что было бы, если бы ты не появился тогда. В тот день. Если бы не ворвался в мою жизнь.
Он молчит несколько секунд. Потом его рука отрывается от руля, накрывает мою ладонь, сжимает.
— Я никуда не собираюсь исчезать. Привыкай.
Безумно приятно слышать эти слова. Потому что знаю, что это не пустые слова, а обещание. Он действительно будет рядом. Всегда.
Глядя на проплывающие мимо дома из окна, думаю о том, какой была моя жизнь всего несколько месяцев назад. Бесконечный страх. Давление отца. Ощущение клетки, из которой нет выхода. И тот отчаянный шаг — брак по контракту с чужим, холодным человеком.
Кто же знал, что этот «чужой холодный человек» станет для меня всем?
— Слушай, — вспоминаю я вдруг. — А тебе сегодня ничего не говорили? Ну, про маму?