Мы выехали из порта, проезжая мимо поста охраны. Стражники в красивой форме, увидев нашу колымагу, брезгливо отвернулись и зажали носы. Никто даже не подумал проверить документы.
Я откинулся на спинку сиденья и рассмеялся.
В кузове за нашими спинами плескалось жидкое золото. Сотни литров настоящего, выдержанного соуса, который спасёт мой бизнес и утрёт нос «Магическому Альянсу».
— Знаешь, Захар, — сказал я, глядя на ночной город. — Иногда, чтобы создать что-то чистое и прекрасное, нужно немного испачкать руки.
— И провоняться рыбой, — добавил су-шеф.
— И это тоже.
Химия — единственная магия, в которую я верю безоговорочно. Потому что, в отличие от продажного чиновника или бродячего чародея, химическая реакция никогда тебе не соврёт.
— Три минуты до эфира! — голос Светы звенел, отражаясь от кафеля нашей импровизированной студии. — Игорь, поправь китель, у тебя воротник сбился. Лейла, реквизит на месте? Молоко свежее?
— Молоко утреннее, — спокойно отозвалась Лейла.
Внучка криминального авторитета невозмутимо стояла у стола. В её руках поднос с двумя прозрачными мисками выглядел как подношение древним богам, а не ингредиенты для кулинарного стрима. Она была идеальным ассистентом: молчаливая, точная и смертельно опасная, если кто-то решит сорвать съёмку.
Я поправил воротник и проверил горелку. Газ тихо зашипел, выпуская синий язычок пламени. Всё работало.
— Нас смотрят уже пятьдесят тысяч человек, — сообщила Света, глядя в монитор. — Чат летит так, что я не успеваю читать. Все ждут крови. Или соуса.
— Они получат и то, и другое, — усмехнулся я. — Только кровь будет фигуральной, а соус настоящим.
Мы находились на кухне «Империи Вкуса». За окном шумел вечерний Стрежнев, люди спешили по своим делам, даже не подозревая, что через полчаса их гастрономический мир снова перевернётся. Барон Свечин, наверное, сейчас сидит в своём кабинете, попивает коньяк и думает, что победил. Он завалил город своим «Чёрным Драконом», магической жижей, которую выдавал за деликатес. Люди покупали, потому что альтернативы не было.
Пока не было.
— Минута! — скомандовала Света. — Камеры на исходную. Игорь, помнишь сценарий? Никакой агрессии, только холодные факты. Ты учёный, а не базарная торговка.
— Я повар, Света. Это страшнее.
— Десять секунд. Пять. Четыре… Эфир!
Зажёгся красный огонёк на главной камере. Я глубоко вдохнул, натянул на лицо свою фирменную полуулыбку (немного усталую, но уверенную) и посмотрел прямо в объектив.
— Добрый вечер, Стрежнев, — начал я. — Меня зовут Игорь Белославов, и сегодня мы не будем готовить ужин. Сегодня мы будем искать правду.