И тут я вспомнил про Шуссуву.
— На что ты готова ради спасения?
— На всё, — ответила она без колебаний.
Я сосредоточился на связи с демоном. Потянул за тонкую нить, соединявшую меня с Шуссувой через печать на предплечье. Из татуировки хлынул чёрный дым. Густой и плотный, он клубился в тесноте шатра, подсвеченной лишь тлеющими палочками благовоний.
Однако привычной к ночной мгле пустыни девушке и этого хватило, чтобы разглядеть. Она отшатнулась и открыла рот для крика. Я зажал ей рот ладонью и прошептал:
— Тихо! Это мой ручной питомец. Он вывезет тебя из лагеря.
Шуссува материализовался полностью, занимая половину палатки. Жёлтые глаза уставились на девушку. Волк оскалил пасть и глухо зарычал.
Я мысленно приказал Шу вести себя прилично. Волк фыркнул, но подчинился; опустил голову и лёг на живот, подставляя спину.
Девушка смотрела на демона расширенными глазами. Её руки заметно дрожали. Я убрал ладонь, зажимающую её рот — она не закричала. Держится изо всех сил, надо отдать ей должное.
— Садись на него, — велел я. — Держись за загривок. Он понесёт тебя на восток, к ближайшему тракту. Там попросишь караванщиков подвезти.
— А если они не подвезут?
— Тогда волк их догонит.
Она перекинула ногу через спину Шуссувы и вцепилась в шерсть. Волк поднялся на лапы. Я откинул задний полог шатра, и Шу рванул в темноту. Чёрная тень метнулась по песку. Девушка прижалась к его холке, даже не пискнув. Храбрая девка, ничего не скажешь.
Я выждал секунд пять, глубоко вдохнул. Потом выбежал из палатки и заорал так, что голос сорвался.
— Демон!!!
— Демон!!! Демон похитил… Мою будущую жену!!!
Я тыкал пальцем в сторону удаляющейся тени. В лунном свете силуэт Шуссувы выглядел впечатляюще и жутко. Чёрный призрачный зверь с горящими глазами, уносящий на спине беспомощную девушку.
Лагерь вспыхнул как порох. Кочевники повскакивали с мест. Женщины истошно закричали. Мужчины схватились за оружие и побежали к верблюдам. Кто-то забил в барабан, объявляя всеобщую тревогу.
В прошлой жизни я был неплохим актёром. На корпоративах всегда получал приз за лучшую роль. Сейчас этот навык пригодился как никогда. Я метался по лагерю, хватался за голову и изображал безутешного жениха. Между прочим, совершенно искренне, если не считать широкой ухмылки, которую я прятал за ладонями.
Ну а то, что жениться на девушке мне, вообще-то говоря, никто не предлагал, да и вряд ли бы позволил — так это уже не мои проблемы. Вот освоится на свободе, встанет не ноги, тогда сама и решит, за кого ей надо замуж, и надо ли вообще.
Кочевники оседлали верблюдов и ринулись в погоню. Десяток всадников растворился в ночной пустыне, улюлюкая и размахивая факелами. Следом поскакали ещё пятеро, потом ещё трое; а кто-то последовал за ними и пешком.