Русская колония была создана по желанию Фридриха III в память об умершем друге — царе Александре I. Она состояла из дома смотрителя и 12 маленьких усадеб, расположенных в форме Андреевского флага, а также капеллы на прилежащем холме с примыкающим флигелем церковного старосты, высокопарно называемом Королевской Усадьбой, потому что в нём любил гостевать сам кайзер и баловаться русским иван-чаем, заготовленным для него по специальному рецепту. Изначально чисто русская, к началу ХХ века колония сильно онемечилась, но пока еще сохраняла славянский экстерьер, поэтому путешественникам показалось, будто они из Германии разом перенеслись куда-то в Подмосковье.
Утомленная лошадка понуро брела мимо кукольных домиков с резными наличниками, а разведчики напряженно вглядывались в окна, пытаясь угадать, за каким из них находится искомая контора. Отличие жилого помещения от служебного во все времена легко обнаруживается по утвари, находящейся во дворе и наличию-отсутствию гирлянд постиранного белья в самых неожиданных местах.
— Кажется, приехали, — подал голос с места кучера Гучков.
— Точно приехали, — подтвердил Кошко, озираясь по сторонам. — Ну что, командир, разрешите приступить?
Герарди коротко кивнул, не переставая осматривать окрестности. Дом стоял очень удачно, в самом конце аллеи, поэтому отсюда были видны все передвижения в колонии.
— Закрыто и никого, — доложил Щетинин, подергав дверную ручку и постучав набалдашником трости по косяку. — Наверно, сегодня просто не наш день.
Кошко подошёл поближе к Герарди и тихо произнес:
— Я, конечно, не специалист, но кое-чему научился у своих подопечных из мира лихих людей. Замок плёвый. Могу попробовать…
— А, была не была, Аркадий Францевич, валяйте, — махнул рукой Герарди, — больно не хочется с пустыми руками возвращаться, а тут хоть какая-то надежда…
— Позвольте, господа, — возмутился Щетинин, — но это же незаконно! Скандал!
— А мы никому не скажем, — улыбнулся, свесившись с облучка, Гучков.
— Но замок? — не успокаивался корнет.
— Да не было там никакого замка, — улыбнулся Кошко, уже покручивая дужку в своих лапищах. — Так, только видимость. Одним словом — милости прошу, господа…
— Князь, — обратился Герарди к корнету уже официальным тоном, — щадя Вашу щепетильность, предлагаю прогуляться до дома смотрителя, рассказать ему нашу легенду об искомой кузине, попросить помощи… ну и вообще — занять разговором, чтобы он какое-то время сюда не совался.
Контора находилась в приличном и совсем не заброшенном состоянии.
— Не далее, как вчера, здесь тщательно убирали, — констатировал Кошко, проведя пальцем по крышке бюро.