Его ритм ускоряется, становится более неистовым. Шелковые простыни жгут кожу. Воздух в комнате густеет, становится осязаемым. Я чувствую, как нарастает знакомое напряжение внизу живота, горячее и неотвратимое. Пальцы Тимура сцепляются с моими, прижимают их к подушке.
– Со мной, – сипит он. – Только со мной.
И это становится спусковым крючком, что срывает все замки. Волна накрывает меня с головой. Я выгибаюсь и с именем Тимура на губах сжимаю его изнутри, и он следует за мной, орошая живот горячими каплями.
Тим глухо стонет, уткнувшись лицом в мою шею, и его тело содрогается в последнем мощном толчке.
Тишину нарушает только наше тяжелое дыхание. Тимур не двигается, все еще прижимая меня к себе, будто боится, что я испарюсь. Его сердце бьется о мою грудь, учащенно и громко.
– Вот и все, Стефа. Ты моя жена.
Постепенно реальность начинает возвращаться. Прохладный воздух кондиционера на горячей коже. Далекий гул города за окном.
Тимур медленно приподнимается на локтях. Его волосы растрепаны, на лбу блестят капельки пота. Он смотрит на меня так пристально, так серьезно, что мне становится не по себе.
– Теперь у меня есть целая жизнь впереди, чтобы доказывать тебе, как ты мне нужна.
– Уверен, что оно того стоит? – во рту пересыхает. – Целая жизнь – это очень долго.
– Я никогда и ни в чем не был настолько уверен, как в этом, Стефа. И прямо сейчас я хочу объявить всему свету, что ты моя.
– Боже, только не видео!
– Глупышка, – целует нежно. – Мы сделаем это так.
Тимур ложится рядом, переплетает наши пальцы с обручальными кольцами и делает снимок. А затем выкладывает пост, отмечая на нем меня.
– Тебе всегда нужна будет публика?
– Больше нет. Это – чтобы отсечь ненужных людей. Теперь есть только ты и я, – скользит взглядом по моему лицу. – И с этого момента я официально самый счастливый мудак на земле, – смеется он.
– Все еще мудак?
– Только не с тобой, – целует нежно.
– Придется в этом убедиться, – до сих пор не верю, что мы поженились. – Муж…
– Жена, – ложится на спину и притягивает меня к себе.
Я шумно выдыхаю, слушая ровный стук его сердца и втягивая его запах, что пьянит сильнее алкоголя.
Сегодня мир узнал о том, что мы с Тимом теперь одно целое.
Я знаю, что пост Тимура увидит его отец, моя мать, его друзья, настоящие и бывшие, мои коллеги и сотни других людей. Все они задаются вопросом, как это могло произойти. Но их значимость в одно мгновение меркнет для меня.
Они там, за окном. Там, где бурлит жизнь. Но здесь, в этой комнате, зарождается что-то очень важное. Зарождается наша семья, которую Тимур, как и обещал, будет оберегать как самую большую ценность.