– Сорри, бейба, свечку не держу. Но похоже, что ты не одна такая, кто жаждет Тимура-младшего. Тина весь вечер его обрабатывает. Но если хочешь, могу подменить его, – подмигивает.
– Меня сейчас вырвет.
– Как хочешь, – он отворачивается от меня обратно к своим дружкам.
– Куда они пошли? – снова дергаю его за рукав пиджака.
– Оу, – оборачивается он. – А ты что, хочешь к ним присоединиться?
– Да можешь ты просто указать, в какой стороне они скрылись?! – перехожу на крик, и как раз в это мгновение музыка стихает, и мой голос разносится по саду вместе с порывами ветра.
– Так вон он! – Гарик кивает в ту сторону, откуда я только что ускользнула.
Оборачиваюсь и вижу чудовище, с которым я живу под одной крышей. Монстра, ставшего моим ожившим ночным кошмаром.
Он держит в руках бокал шампанского и микрофон.
– Секундочку внимания! – говорит громко, приковывая взгляды всех присутствующих.
А я непроизвольно отмечаю, как он хорош, особенно в этом костюме и со стильной укладкой темных волос. С такими данными он сам мог бы сниматься в кино. И почему природа наделила опасных хищников самой притягательной внешностью? Нельзя быть настолько привлекательным снаружи и таким гнилым внутри.
– Хотел бы сказать пару слов в честь дня рождения папы, – меня передергивает от его ласкового обращения к отчиму, потому что оно совершенно точно никогда не было произнесено вслух по отношению к нему.
Среди гостей прокатывается гул умиления.
О да! Этот подонок умеет очаровывать.
– Сегодня особенный день, особенная дата, – говорит чудовище. – Тебе всего пятьдесят, но за твоими плечами столько достижений, сколько большей части присутствующих не увидеть даже за несколько прожитых жизней. Признаюсь, непросто жить в семье, где изначально задана такая высокая планка, – усмехается сводный, и гости смеются следом.
Позер.
Фу!
– Но я рад, что у меня есть подобный пример для подражания перед глазами, и знаю, до какого уровня мне следует расти. А так как все с чего-то когда-то начинают, то и мы с моей любимой сестрицей Стефанией решили не отставать от тебя и подготовили подарок, – он мгновенно находит взглядом меня, смотря прямо в глаза. Будто он изначально знал, где я нахожусь. – С днём рождения, папа! – отворачивается. – Внимание на экран, – обращается к отцу. А затем снова сосредотачивает внимание на мне и салютует, подмигивая.
Пульс ускоряется, и грудную клетку сжимает невидимым обручем.
Нет, нет, нет!
Чувствую, как от лица отливает кровь и кишки в животе стягиваются в узел .
Он же не мог?
Основное освещение в саду гаснет, оставляя горящими лишь экраны, находящиеся на сцене и по бокам от нее.