– Все, что я делаю, спланировано. Кроме одного.
– Чего?
– Тебя. Полина.
И в этот момент впервые за все время я увидела, как он
улыбается
по-настоящему.
Чувствую, как сердце колотится так громко, что, кажется, его слышно даже ему.
Этому безумно красивому, невозможному человеку, который вдруг решил, что я его судьба.
– Полина… – его голос такой низкий, такой теплым. Словно он уже знает мой
ответ.
Но я не отвечаю. Не бросаюсь ему на шею, не шепчу «да» сквозь слезы, как героини
романтических фильмов.
Я замерла.
– Дай мне время, – наконец выдыхаю она.
Алексей не шелохнулся, но в его глазах что-то дрогнуло.
– Сколько?
– Полгода.
Между нами повисла неловкая тишина.
– Ты не уверена? – спрашивает он, и в его голосе нет злости. Есть понимание, и
это пугает еще больше.
– Я боюсь, что ты передумаешь. Что поймешь – я не та, кого ты искал.
Его пальцы осторожно сжимают мою руку, но он не настаивает, не спорит.
– Хорошо, – Алексей поднимает, и кольцо осталось в его ладони. – Полгода. Чисто
для того, чтобы ты убедилась. Потому что, я не передумаю.
– Ты не знаешь этого.
– Я знаю.
Он улыбается, а я чувствую, как что-то внутри меня сжимается – страх и надежда в
одном флаконе.
– Я оставлю его у себя. До дня, когда ты перестанешь бояться.
Я киваю, смотря за тем, как мужчина кладет кольцо обратно в коробку.
– Считай, что это мое обещание, – говорит он.
И когда он убрал кольцо, мне вдруг показалось, что его отсутствие жжет сильнее,
чем если бы он надел его прямо сейчас.
…
Сжимаю пальцами край сиденья, глядя на знакомые улицы, проплывающие за стеклом.
– Ты уверена, что хочешь вернуться сейчас? – Алексей не сводит глаз с дороги, но
его пальцы слегка сжимают руль.
– Да. Опасность миновала. Ланский больше не угроза. Мне хочется вернуться домой.
Тишина. Только шум дождя и мягкое гудение двигателя.
Алексей глубоко вздыхает, будто перед сложным разговором.
– Полина… Ланского давно нет…
Я медленно поворачиваю голову.
– Что ты имеешь в виду?
– Я разобрался с ним на следующий же день после твоего обморока.
В груди что-то резко сжалось. Мой голос звучит неестественно ровно.
– Почему ты не сказал?
Получается, я зря жила с ним эти недели?
Алексей наконец смотрит на меня. В его глазах читается что-то сложное – вина, но
и решимость.
– Потому что не хотел, чтобы ты уходила.