В пальцах начал формироваться конструктор массового внушения. Заложив в основу феромонную симуляцию запаха крови, я собирался ввести нападавших в состояние слепой агрессии к сородичам. Свист для активации триггера уже почти сорвался с губ, когда плетение пришлось сбросить. Осколки мысленной команды ударили бы по всему живому в радиусе квартала. Химерологическая закладка обрушила бы психику забаррикадировавшихся гражданских с той же легкостью, что и собачьи инстинкты. Вместо спасения улицы получилась бы сплошная бойня среди перепуганных людей.
Грубые площадные техники здесь не годились. Следовало действовать точечно и ювелирно, жестко фильтруя ментальный сигнал.
— Псих! Оставь мне одну тварь!
Животное проигнорировало оклик, с хрустом разгрызая очередную холку. Пришлось перехватывать нож и вступать в драку лично. Я ушел из-под атаки прыгнувшего слева монстра, пропуская его тяжелую тушу мимо себя, и синхронно вогнал лезвие под нижний край ребер. Наработанная прошлыми жизнями моторика направила кинжал ровно по анатомическим швам. Сталь скользнула вдоль мышечных волокон живота к суставам, перерезая опорные сухожилия передних лап. Химера плашмя рухнула на битое стекло — полностью обездвиженная, с сохранением сознания и кровообращения.
— Плохая идея лезть на специалиста, — бросил я, опустившись рядом с рычащим куском мяса.
Открытая ладонь легла прямо на жесткую шерсть. Физическое вскрытие сейчас заменяло энергетическое зондирование: тончайшие жгуты маны проникали сквозь кожу подопытного, считывая структурный код генома вплоть до мельчайших нуклеотидных связей. Мой разум перелистывал схемы мутаций одну за другой, выдергивая из кровеносной системы узлы нужных атрибутов и впитывая их. Сама по себе сборка существа поражала обилием патологий — система держалась на откровенных костылях, каким-то неведомым чудом компенсируя биологические ошибки. Крайне увлекательное явление, если бы не дефицит времени.
Получив нужный маркер, я адаптировал прерванное заклинание под конкретную породу и издал короткий тихий свист. Благодаря частотной привязке к мутировавшим нейронам сигнал разорвал слух исключительно нужному виду химер. Транслируемый ментальный образ ударил по центрам агрессии, перекрывая командам оригинального хозяина кислород. Животные разом побросали текущие жертвы, притягиваясь прямо ко мне на пятачок асфальта искусственно спровоцированным голодом.
Какая-то особь пробила лбом деревянную дверь парадной, соседняя тварь сиганула с парапета третьего этажа и рухнула на кованую ограду, ломая грудину. Сквозь темноту модифицированное кошачьими атрибутами зрение легко выхватывало перемещения противников. На меня неслось около трех десятков монстров, причем пятеро успели переломать конечности от перегрузок собственного бега.