— Ну что, дед. Жить хочешь? Корону свою хочешь обратно? — спросил я в пустоту, понять он меня всё равно не мог.
Я вытянул руку над ним. На кончиках пальцев загорелась крохотная искра — всё, что осталось от моей мощи.
Дело было рисковое. Я отдавал часть и без того ничтожного запаса жизненной силы. Но другого варианта не имелось.
Пошло.
Сначала регенерация. Я направил энергию в разорванный хвост, кровь сошла, края раны начали стягиваться у меня под пальцами. Потом я прошёлся по всему телу, заштопывая укусы и царапины. Крыса перестала дрожать, повернула голову, уставилась на меня.
— Это только начало, — сказал я ей.
Дальше — прокачка. Я вошёл в её простенькую генетику. Грубая, но работающая. Кардинально перекраивать я не стал, на это сил всё равно не хватит. Только подровнял то, что есть.
Кости укрепил, прочности добавил. Состав мышечных волокон чуть сместил — стали эластичнее и резче. Когти и резцы заострил на молекулярном уровне; в результате — мелкие лезвия.
Крыса дёрнулась, и тело пошло меняться. В размере она почти не прибавила, нет. Стала плотнее. Сбитой, как камешек, что носишь в кармане. Облезлая шерсть налилась тёмным и встопорщилась жёсткой, будто проволока, щёткой. А в глазах, до этого мутных от боли, проявилось что-то вполне разумное.
Напоследок я капнул крошечную искру энергии прямо ей в мозг — в участки, отвечающие за реакцию и за злость.
Меня выжало досуха. Голову повело, перед глазами закружились тёмные пятна. Запас, и без того жалкий, ушёл почти весь.
Дело того стоило.
Шаг четвёртый. Договариваться.
Я снова коснулся крыса, на этот раз без вливания. Тонкая ментальная нитка — и я был у него внутри. Сознание простое, ярость сверху, дальше голод и страх, а под ними упрямая воля жить и желание взять своё обратно.
— Ты это чувствуешь? — я послал ему образ.
Образ его самого: крупного, обновлённого, без хромоты и без седого изодранного бока.
Он дёрнулся, силясь это уложить.
— Я тебя вытащил, дал силу, — продолжал я мысленно. — Теперь ты возвращаешь себе своё. Этого выскочку и всех, кто перебежал к нему, ты разбираешь. Назад на трон. И больше ни одна лапа не лезет к коробкам на этом складе. Это твоя плата.
Крыса посмотрела мне прямо в глаза. В этом взгляде уже не было животного страха — было понимание и расчёт.
Она поднялась на лапы, встряхнулась и наклонила голову.
Договор так договор.
Я усмехнулся. Первая моя химера в этом мире, если не считать слегка отремонтированного придурка-попугая Кеши. Простенькая. Но начало уже положено.
— Ну что, ваше величество, — сказал я вслух и пошёл к двери. — Войско ждёт.