Сначала граф думал, что она прогорит. Но девка выживала раз за разом, выкручиваясь из таких ситуаций, где ломали шеи тёртые волки. Ей кто-то помогал, и этот кто-то был очень умён. Прецедент был создан. Если у неё получится, она перетянет на себя аудиторию, испортит им старт, а может, и вовсе догадается до их схем.
— Нет, так дело не пойдёт, — жёстко сказал граф, глядя на сына. — Ты накосячил своим промедлением, и ты должен этот вопрос решить.
Илья шумно выдохнул, закинул голову назад и застонал.
— Ну блин, пап! Ну чё ты опять начинаешь… Я четыре дня не спал! Там у Касьяновых приём был, потом тусовка… Мне нужно просто откиснуть в кровати. Давай как-нибудь потом?
Сморгонский даже не стал повышать голос, просто сжал руку в кулак. Встроенный в стену за спиной Ильи огромный декоративный аквариум пошёл мелкой рябью, тяжёлая крышка сверху отлетела в сторону. Две тонкие струи воды вырвались из резервуара, как живые змеи, и метнулись к креслу, обвив шею сына плотным жгутом, и рванули вверх.
Илья захрипел, его глаза полезли на лоб. Ноги в дурацких узких штанах беспомощно заболтались над полом. Кислотно-лимонный пиджак мгновенно промок. Вода давила на кадык как стальной трос.
Граф встал и подошёл вплотную к барахтающемуся сыну.
— Закрой рот, — тихо, но так, что у Ильи заложило уши, произнёс Сморгонский. — И слушай меня.
Он сделал лёгкий жест пальцами, и водяной жгут швырнул Илью обратно в кресло. Парень закашлялся, жадно хватая ртом воздух и размазывая по лицу воду пополам с гелем для волос.
— Идёшь завтра же на само открытие, — чеканил граф, глядя на кашляющего наследника, — как обычный посетитель. А потом эти её хвалёные рыбки и химеры вдруг взбесятся и разнесут там всё к чёртовой матери. Сломают стёкла, сожрут публику, устроят кровавую баню… Чтобы эту графиню потом саму Канцелярия на куски порвала за преступную халатность. А мы на руинах выкупим этот участок по дешёвке.
Илья, всё ещё держась за покрасневшее горло, попытался возразить:
— Но там же толпа будет… А если меня зацепят…
— Значит, возьмёшь с собой подкрепление! — рявкнул Сморгонский. — Бери столько людей, чтобы тебя прикрыли со всех сторон. Если ты, как обычно, увлечёшься и какая-то тварь сорвётся с твоего поводка, чтобы было кому вытащить твою никчёмную тушу из воды. Усёк?
Илья хмуро кивнул, стряхивая капли со своего промокшего пиджака.
— Понял, сделаю.
— Свободен.
Сын поднялся, стараясь не смотреть отцу в глаза, и, оставляя на паркете мокрые следы, поплёлся к выходу. Граф дождался, пока закроется дверь, брезгливо вытер ладонь платком и нажал кнопку внутренней связи на столе.