— Проклинать умею я, — с напускной ленцой заявил Люцифер, ровно в эту секунду входя в трактир, причем не один, а в компании с Амиром. С рогами, но без крыльев, в полностью черных кожаных доспехах наёмника и с пугающе черными глазами. Абсолютно черными, без белков. — Кстати, весьма затейливо, ни один целитель не снимет. Илья Алексеевич, что же вы так… Необдуманно оскорбляете моего жреца? Жить надоело? Так я знаю тьму способов самоубиться менее болезненно и позорно. Впрочем…
В полнейшей тишине подойдя к дроу вплотную, Люцифер вдруг… смачно щелкнул его по лбу, отчего Илью ощутимо качнуло назад, но он сумел удержаться на ногах, хотя и не без усилий.
— Задание от бога объявляю проваленным, — пренебрежительно хмыкнул Люци. — И придумали же такое… Неужели коллективная фантазия? Недоумки…
— Он выполнял задание от бога? — смело вмешалась я в его задумчивый монолог, пока остальные посетители трактира застыли в благоговейном шоке, наверняка не ожидая увидеть самого неоднозначного бога настолько близко. — От какого?
— Удивишься, но от Хаттура, — приглушенно хмыкнул боговирус. — Я вот удивлен.
— И я тоже, — пробормотала с нескрываемой оторопью, пытаясь понять, как они вообще нашли общий язык. Илья ведь не инфернал! — Это что получается… Он…
— Предатель, — произнёс за меня Люци то, что я так и не решилась сказать.
И так значимо у него это получилось, что ему поверили все. И теперь уже Илья стал центром общего внимания и… ненависти.
Без доказательств. Без объяснений. Без аргументов и прочего. Они поверили богу наслово. Но…
Не ошибся ли он?
— Где твои тридцать серебренников, Илья Алексеевич? — насмешливо уточнил Люцифер, но в его тоне звучала сталь. — Что ещё было в задании от бога кроме попытки очернить моего жреца перед людьми? Давай, облегчи свою душу перед казнью. — Илья отшатнулся, уставившись на бога с откровенной опаской, но Люцифер лишь слегка приподнял бровь. — Что такое? Удивлен? Ты думал я прощу тебе это унижение? Оскорбляя Анастасию, ты оскорбил свой клан и всех тех, кто доверил ей свою жизнь. Тысячи людей! Но оскорбив моего жреца в её лице, ты оскорбил меня, Сабельников. А я не из тех, кто подставляет вторую щеку. Нет… — Тонко и крайне зловеще усмехнувшись, добавил: — Особенно по ночам. Так что? Сам скажешь или начнем с пыток? Поверь, мне это будет только в радость.
— Даже не сомневался, — скрипнул зубами дроу, удививший меня уже тем, что в принципе оказался способен на ответ. — Вот только рано или поздно, но люди узнают твою гнилую суть, цифровое ничтожество. И она узнает. Всё узнает…