Он убрал локти со стола, откинулся на спинку стула, а она водрузила между нами самовар, развернулась, взметнув юбкой:
— Щей подавать?
— Давай щи, давай мясо, всё давай, — нетерпеливо откликнулся Полуян. — Татьяна, чем же тебе граф не угодил?
— Та дерьмо он собачье, — в сердцах бросила женщина. — Сам знаешь ведь.
Он фыркнул в её сторону:
— Глашка, молчи, дура!
Она покачала головой, но ничего не ответила, отошла за печь, загремела чугунками. Я выпрямилась, поправила сползающую с плеч шубу и сказала твёрдо:
— Я не убивала, запомните это, Дмитрий Полуянович. Кто убил — не знаю. Но его надо найти, пока меня на каторгу не отправили.
— Ну, на каторгу — это мы ещё посмотрим, — он прищурился. — Невиновная, значится… Что ж, Танечка, тут тебя никто не найдёт, а убийцу мы отыщем.
— Своих спросите, может, кто-то из них графа убил.
— Не беспокойся об этом, первым делом и спрошу. А ты пока ешь, отдыхай, делай, что хочешь, — он протянул руку и взял мою кисть в свои пальцы. Тёплые… Кожа хоть и грубая, но приятная на ощупь. Большой палец ласково погладил мою ладонь, и Полуян добавил тихо: — Ты гостья моя, Таня. Я для тебя что хочешь сделаю, и даже больше!
— Сделай, — согласилась я. — Помоги мне найти убийцу Черемсинова. Больше я у тебя ничего не попрошу.
— Помогу, как не помочь! А пока ешь. Глашка! Где там твои щи⁈
— Да несу я, несу, — сварливо отозвалась женщина, протискиваясь в комнату. В руках её был чугунок, укутанный в какие-то тряпки. Полуян снова стукнул по столу:
— Глафира! Где сервиз⁈ Как подаёшь, дура?
Мне стало смешно и немного обидно, я фыркнула, откидываясь к стене:
— Дмитрий Полуянович, мы же не в ресторане.
Он зыркнул на меня, потом снова на испуганную Глашу, скривился:
— В моём доме всё должно быть так, как я хочу! Дорогая гостья подумает, что мы лапотные!
— Батюшка, так ить не сказал же, — пролепетала женщина, застыв в полупоклоне с чугунком. — Так чё, подавать аль сервиз искать?
Полуян раздул побелевшие от гнева крылья носа и уже готов был запустить в бедную Глафиру самоваром, и пришлось вмешаться. Я наклонилась к хозяину дома, накрыла ладонью его руку и проникновенно сказала:
— Дмитрий Полуянович, не надо сервизов, прошу. Мы ведь по-простому сидим, по-дружески. Да и щи, наверное, из чугуна вкуснее, правда?
Касание подействовало почти мгновенно, на что и был расчёт. Если хочешь добиться чего-то от человека, установи с ним тактильный контакт. Нейтральный, короткий, мягкий. Это всегда работало, сработало и сейчас. Полуян успокоился, выдохнул, улыбнулся мне, ответил:
— Вкуснее, Танечка, ох вкуснее. Ну, ежели тебе не зазорно, пущай из чугуна…