Усадьба, оплетённая плющом и кустарником, выглядела немного мрачно и даже зловеще. Мой энтузиазм по поводу начала новой жизни без гнёта нелюбимых родственников немного угас. Я бросила короткий взгляд на тяжёлые облака, что крутились над долиной, словно собирались над усадьбой и ворон, усевшихся на крышу и молча наблюдавших, как я дрожащими руками достала связку ключей из ридикюля.
Вставив ключ в замочную скважину, налегла на старый замок, который не сразу поддался моему натиску. Как только ключ повернулся, растёрла руки, на которых остался красный след от моих попыток открыть дверь в старинную усадьбу, принадлежащую моей семье. За забором виднелись острые пики башен усадьбы и покосившиеся от времени рамы. Толкнув тяжёлую калитку, вошла внутрь довольно просторного двора, заросшего сорняком и кустарником.
— Госпожа, мы, наверное, и к двери не сможем подойти, — испуганно проблеяла моя служанка, нервно одёргивая свой длинный коричневый плащ.
— У нас нет выбора. Я не думаю, что ты хочешь остаться ночевать на улице? — я бросила строгий взгляд на лицо Дарии.
Девушка похлопала длинными ресницами и послушно закивала головой.
— Да… — я протяжно выдохнула. — Ну и наследие! Старая, покосившаяся усадьба.
Понятно, что за столько лет здание обветшало… Но хорошо, что целое! И есть где жить!
Как только мне исполнилось восемнадцать, мои опекуны сняли свои полномочия, и мой дядюшка, торжественно вручив поржавевший ключ, отправил меня в родные пенаты.
Фредерик Гепарди, мой престарелый дядя, предоставил в служении девушку, которой оплатили жалование за год. И теперь Дария будет проживать в усадьбе и работать прислугой в течение тринадцати месяцев, за которые она получила жалованье от баронов Гепарди.
Я повернулась к Дарии и громко скомандовала: «Дария, заноси чемоданы внутрь двора!»
Девушка, кивнув головой, начала затаскивать наш скудный багаж внутрь двора, располагая его у тяжёлой калитки. Сириус стремительно садился за горизонт, и нужно успеть пробраться до входной двери усадьбы и попробовать открыть её вторым ржавым ключом на связке.
Голова шла кругом от несвязанных мыслей и удручающих перспектив.
Что ожидает меня внутри? Сможем ли мы зажечь печь завтра?
Отодвигая ветки кустарника, я мельком поглядывая на Дарию, охающую над очередным чемоданом. Вряд ли… Помощница у меня ещё менее опытная, чем я сама.
Я, конечно, частая гостья на кухне моего дядюшки, но разжечь печь вряд ли смогу. Да и запас продуктов у меня более чем скромный: несколько мешочков муки и круп. Хватит лишь на первое время. Хотелось расплакаться или лучше разрыдаться, но, стиснув зубы, отодвигаю ветки, пробираясь к заветному входу.