Сорока? Нет, правда, опять сорока?
Я ткнула в сторону крылатой гостьи пальцем. Протянула неуверенно:
— Та-а-ам…
Птица сорвалась с места и стремительно ринулась в мою сторону.
Внутри меня вскипело возмущение. Да сколько можно! Сначала мужики! Потом птица! А следом рогатые коты прилетят? Хватит!
С моей ладони сорвалась зеленая молния, взвилась под потолок и врезалась в самую середку пернатой тушки.
Раздался грохот.
Барон пригнулся, как под пулями, Макс нырнул под стол. Одна я, как дура, осталась сидеть.
Словно в замедленной съемке птица пла-а-авно свалилась в середку столешницы, распластала крылья и дернула лапками.
Я нервно моргнула и выдавила из себя пораженно:
— М-матильда?
— Что это было? — первым опомнился хозяин кабинета. — Вы что вытворяете?
Он строго посмотрел на меня.
— Я тут ни причем, — помотала я головой, глянула на свои руки и на всякий случай спрятала их за спину.
В голове стремительно прояснялось. Не-эт, мы так не договаривались, это уже не похоже на глюки.
— Покажите ладони! — велел несносный красавчик, неприязненно покосившись на бездыханную птицу.
— Да как вы смеете так обращаться с мадемуазель Алисой?
Мой защитник наконец-то выбрался из-под стола.
Я с облегчением выдохнула. Ну хоть кто-то тут адекватный.
— Сядьте, господин Брюс, — Барону на чужие возмущения было откровенно плевать. — У меня к вам обоим есть ряд вопросов. Но прежде я уберу это.
Он протянул руку к живописно раскинувшейся сороке, взялся за черную лапку, потянул вверх.
— Помира-а-а-аю…
Простонала птица, не открывая глаз. Затрепыхалась, забила крыльями.
— Совсем помираю. Не видите что ли?
Сорока открыла глаза и уставилась на нас с укором.
— Как есть мертвая. Целиком. А все из-за некоторых!
Она проворно перевернулась, сложила крылья и продолжила менторским тоном, в такт словам, вышагивая по столу:
— Вот тебе, Матильда, и благодарность за добрые дела. Мда-а-а… Не ценят тебя тут, не ценят.
— Ой!
Я ощутила неукротимое желание спрятаться под стол. С трудом смогла удержаться от порыва. В конце концов я уже без пяти минут ветеринар! А нам положено быть стрессоустойчивыми. Другие в этой профессии не выживают.
— Это ваш фамильяр, мадемуазель Алиса?
Взгляд Джастина стал озадаченным.
Я пожала плечами, отчаянно пытаясь сообразить, что вообще происходит. Не розыгрыш ли это? Наверняка же розыгрыш! Элла с Максом и устроили. А это все актеры. Утащили меня из кабинета и умную колонку под стол запихали. Потому и источник звука как будто бы правда рядом с сорокой. А настоящие птицы так говорить не могут! Я точно знаю.